Чтобы некая страна не избежала войны, на неё требуется просто напасть. Самому нападать на Гардарику страшно, она же вон какая большая, лучше пусть сосед нападает. Но европейцы ведь собрались в кучу! А обида живёт в каждом европейском сердце.
Вы скажете, что это самый гуманистический и культурный союз? В нашей реальности Папа Римский так же называл до и вовремя войны немцев. Но пусть даже культурный и гуманистический. Кто его создавал? Европейцы, которые не курили, не ели мяса и любили живопись…
Андрей в магической реальности не знал Гитлера, но он хорошо разбирался вообще в европейцах. Если у кого-то есть то, чего нет у тебя — одно это оправдывает любое насилие. Тем более Гардарика живет просто отвратительно хорошо!
Умным европейским деятелям требуется только собрать избирателей в кучу и залезть наверх, а русофобия очень благодарная тема…
— А как же антисемитизм? — воскликнет пытливый читатель.
И я ему посоветую включить голову. Если нечто достигалось в одном случае одними методами, это совсем не значит, что в других обстоятельствах оно же не может достигаться иначе.
Евреев в нашей истории очень жалко, шесть миллионов убили только за то, что они евреи. Однако Рузвельт, объявивший Германии войну, ранее не пустил в США евреев, не пожалел даже детей.
Англия и Франция не из-за антисемитизма объявили Германии войну и так странно её повели. Не из-за антисемитизма русские танки штурмовали Берлин, и наши деды стреляли в немцев.
Да, антисемитизм присущ европейцам, кстати, полякам даже больше немцев. Его Гитлер использовал для прихода к власти. Но магические правители уже добились власти на русофобии и видели в антисемитах конкурентов. Писалось столько же доносов, только немножечко наоборот. Власть просто должна кого-то карать, а кого — ей без разницы.
Боярин Андрей Пермяков всё это видел в динамике, прямо из первых уст. Эти уста просто лежали на его кушетке и рассказывали. Но если бы он только писал руководству в Москву, что война будет, он не стал бы настоящим резидентом.
Из Москвы поступали финансы, и его спекуляции значительно расширились. Андрей ещё больше помогал братцу в хозяйстве, но это не суть. Боярин Пермяков сумел со временем выйти на промышленников и банкиров, его скромная группа получала правдивую информацию об экономике Европейского Союза.
Он сообщал в центр, что растёт производство энергии, и её потребление, хотя на уровне жизни это не сказывается. Банкиры изо всех сил давят цены на энергоносители и всё, что требует энергии, особенно на металлы — с торговцами кто-то серьёзно разговаривает.
В Европе строят заводы вопреки логике рынка — кто-то целенаправленно направляет финансирование. Что это за предприятия даже группа Андрея достоверно не знает, и это само по себе о многом говорит. Предприятия уже дают продукцию, но куда она уходит, нет данных.
А из Москвы благодарят за работу и шлют финансы. Андрей даже стал сомневаться, что имеет дело с разведкой Гардарики, пусть даже тот, кто его вербовал, сам в это верил.
Но боги пока с разведкой, Андрей думал о будущем. Очень немногие люди верят в войну, о которой он точно знает…
И вот из Москвы сообщают, что Сергей Жучирин удрал в Англию и, конечно, завербован. Он первым делом слил новым хозяевам Андрея, и из Москвы настоятельно ему советуют завязывать с деятельностью и валить на Родину.
Андрюша ответил, что Родина для него превыше собственной жизни, попросил курьера для установления секретной связи с новым куратором и ещё финансов. А сам мечтательно улыбался.
Как-то не так ведёт себя Британия. Русофобский фонтан, конечно, не пересыхает, но из-за финансов европейцы высказывают всё больше недовольства.
То есть от европейцев недовольство слушал психоаналитик, до Британии доходило лишь недоумение. Очень похоже, что британские сэры опять собираются на общем костре сварить свою кашу.
Ну, они не так зависят от настроений общества, у них всё-таки монархия. И сами настроения сильно пахнут сепаратизмом, для провинций русофобия лишь способ отвлечения.
И на Британию смотрят из-за океана. Там, конечно, сильно влияние Франции, Испании, Голландии и Германии, но ведь Конфедерация плюс — тоже остров, только большой.
Боярин Пермяков улыбался и ждал…
Уже через неделю Клаву выкатывали на кресле-каталке в столовую на завтраки, обеды и ужины, хотя Миланья ей готовила отдельно. Так же она присутствовала на ежедневных тренировках. Ей почти не мешали даже перевязки, просто начало немного сдвигалось.
На третьей неделе Клава стала ходить и сама занималась лечебной физкультурой, а через месяц воин-рысь практически выздоровела и приступила к восстановлению формы.
К тому моменту к лечебной физкультуре перешла Катя. Животик у неё заметно округлился, и она временно перебралась в отдельную спальню. А о том, чтобы ездить со мной к Перунову камню, и речи не было!
Ну, шведов хватило ещё на месяц…
