Только блондинка могла ей такое сказать! Да, Мари была русской шпионкой и навешивала на Ганса диктофоны, но ведь делала она это очень осторожно, никто не мог Шарлотте этого сказать, кроме молчаливого Ганса.
Выходит, Ганс иногда не такой молчаливый, каким кажется? И эта блондинка спокойно об этом заявляет! Вот дура-то, прости, господи. Более того, она сказала это в ресторане официантке, а не пошла с донесением в политическую полицию. Как минимум, недоносительство. Совсем дура, господи, прости.
Однако Мари прекрасно помнила, что Шарлота от природы русая, просто покрасилась, потому подошла к Шарлотте, когда та закончила обед, села за её стол, получила с неё деньги и сурово проговорила:
— Да, я русская шпионка. Ты всё знаешь, и я налила тебе в суп яду.
Шарлотта в ужасе поднесла ладонь ко рту.
— Это медленный яд, — продолжила Мари. — Я дам тебе противоядие, если ты мне расскажешь, от кого про меня узнала, и тоже станешь русской шпионкой.
— Я согласна! — прошептала Шарлотта и принялась всё рассказывать.
Магом она тоже не являлась и не могла этого знать о Мари, однако, уповая на лучшее, не стала рассказывать всего. Просто сказала, что нашла у Ганса «кнопку» и теперь он во всём её слушается. Считают все Ганса по-прежнему идиотом и совсем его не стесняются, а он сейчас служит в политической полиции.
— Очень интересно, — строго сказала Мари. — Мне обо всём нужно доложить. Завтра ты придёшь сюда, и я сообщу тебе ответ.
— А противоядие? — заискивающе улыбаясь, пропищала Шарлотта.
— Это медленный яд, — серьёзно заявила Мари. — Противоядие я налью в твой завтрашний обед, — и мстительно добавила. — В суп с клецками и в перловку с рыбой!
— Может, без клёцок? — робко уточнила Шарлотта.
— Это тебе за то, что пыталась мне угрожать! — грозно сказала Мари и немного смягчилась. — Если дальше будешь хорошей девочкой, суп будет без клёцок, и даже подумаем о перловке. А теперь иди.
Шарлотта ушла в смятении, а повеселевшая Мари вернулась к обязанностям официантки. Никакого яду у неё не было, но здорово будет посмотреть, как Шарлотта съест завтрашний обед. Мари не сомневалась, что Шарлотта снова придёт.
После смены она уже голая обо всём рассказала херру Везеру, и её «Pasha» очень обрадовался и возбудился. В его подчинении была всего одна русская шпионка, а стало целых две — теперь он будет вдвое счастливее.
А если убрать лирику, нужно учесть, что контору херра Краузе звали политической полицией лишь для простоты. Не могла в цивилизованной, демократической Германии случиться какая-то «гестапо».
Кстати, это словцо народное, его придумал некий клерк, и оно широко в нашей реальности распространилось, особенно у нацистов. В магической же реальности нацистов у власти не было, и никакой тайной полиции у Германии быть не могло.
На основе европейских институтов создали европейский комитет по контролю за правовыми особенностями применения свободы слова и ограничениям доступа к информации, а херр Везер служил в его германском отделении. Немцы просто в быту вот так сокращали мудрёное название.
И надо ж случится такому совпадению, политическая полиция и разведка, которой тоже как бы не было, друг дружку постоянно подозревали, следили и боролись за влияние. Так что херр Везер обещал даже повышение зарплаты Мари и выплаты Шарлотте, но по результатам.
На обед Шарлотта съела суп с клёцками и перловку с жареной рыбой, которые за такие деньги никто не брал, но их всё равно отчего-то готовили. Мари ей сказала, что её предложение условно принято, вечером Шарлотте на дом доставят шпионскую аппаратуру и покажут, как размещать её на Гансе. Нужен её адрес.
В приличную квартиру доставлять и показывать вместе с Мари поехал и херр Везер. После короткого знакомства все эти немцы с Гансом за компанию оказались без одежды в одной кровати. Ну, погоды стояли жаркие, а работа оказалась трудной.
Утром Мари сама закрепила на Гансе диктофон, снабдила кассетами и маленьким фотоаппаратом для съёмки документов и отправила того на службу. А сама вернулась к Шарлотте и херру Везеру в кровать строить планы.
Планы херра Везера, Шарлотты и Мари в целом воплощались, а служба Ганса приносила свои плоды — разведке стало известно о некоторых делишках политической полиции. Однако у политической полиции тоже были свои способы получать сведения, там узнали об утечке данных и усиленно искали «крота».
О Гансе в некотором смысле думал и боярин Андрей Пермяков. Он у Кати уточнил всех её клиентов, и двое посторонних напрочь выбивались из системы. Само собой добрые немцы усиленно Катю косплеили и резали своим врагам головы, но херр Клюгге из разведки и финансист херр Майер были магами.
Боярин, наверное, лучше всех знал, как непросто установить за магом наблюдение, выбрать момент нападения, и сама реализация — тоже не баран чихнул. Нерядовые маги дружно озаботились безопасностью.
