Его величество лениво наблюдал за этим, поглаживая второй рукой мягкие перышки на крыле. Селена слегка вздрагивала от прикосновений, но особо не обольщалась. Зная нрав их хозяина, она ожидала, что расплата могла послужить за любое неосторожное движение. Закончив с кольцами, она опустилась на колени перед своим господином и расстегнула ремень на штанах, спустила шелковое белье наподобие боксеров вниз по ногам. Когда она подняла голову, возбужденный член ткнулся прямо ей в лицо.
Не растерявшись, она привычным движением захватила его губами, сходу нанизываясь практически до самого горла. Это было еще суховато, и лучше бы смочить сначала ствол, но она сделала именно так, как хотел сейчас Родерик. Более того, он схватил ее за волосы и прижал к себе крепче, еще глубже насаживая ее рот на свой член.
Селена старалась не паниковать и не дергаться, послушно замерла в руках правителя, ожидая, когда он ее отпустит. Он рвано выдохнул и слегка отодвинул ее голову дав сделать пару глубоких вдохов, а потом начал неистово вбиваться в ее рот, нисколько не заботясь о ее чувствах. Слезы, сопли и слюни текли рекой, Селена лишь иногда успевала сделать короткий судорожный вдох, когда ее горло снова и снова забивалось горячей плотью. Через несколько бесконечно долгих минут король натянул ее голову на себя в последний раз, буквально впихивая свой член ей в горло и горячо кончая в нее. Селена задыхалась, в полуобморочном состоянии вися и стараясь не упасть и не поцарапать его величество зубами по неосторожности. Ничего приятного в этом для нее не было. Горло саднило и нарывало, не хватало кислорода.
Наконец король отпустил ее, и она рухнула на колени, стараясь отдышаться. Остальные рабы покорно стояли на коленях в рядок, ожидая приказов, и только полуэльфийка сидела с широко раскрытыми от ужаса глазами.
Король, наконец, обратил на нее свое внимание и ухмыльнулся.
— Понравилось? — хрипло спросил он.
Все синхронно ответили:
— Да, мой король!
Девчонка испуганно заозиралась. Родерик усмехнулся. Перед спуском в комнату игр он принял специальное снадобье, которое позволяло несколько часов быть просто неутомимой машиной, после эякуляции не требовалось отдыха, и бархатная головка уже снова наливалась упругостью и твердостью. Он протянул руку:
— Подойди.
Ошейник стегнул болью, и эльфийка буквально взлетела вертикально на ноги и пошла к королю. Он погладил по волосам Селену.
— Ты же не дашь заскучать нашему крылатому другу, да, детка? Наарша, оборачивайся. Тебе тоже нужно поработать язычком. Дай ирлингу зелье, а то от его кислой рожи у меня настроение портится.
Нага мечтательно улыбнулась и с истинно змеиной скоростью метнулась к ирлингу, впиваясь выдвижными клыками в его плечо. Он дернулся, с какой-то обреченностью посмотрел на Селену и закрыл глаза. Нага в это время впрыснув яд, осторожно высвободила клыки и изменилась. Хвост покрыла серая дымка, и две розовые ножки раздвинулись, приглашая оставшихся рабов поучаствовать. Она единственная, кроме короля, получала истинное удовольствие от происходящего. Мужчина со шрамами развернул ее и поставил на колени, пристраиваясь сзади, а второй к ее рту. Они ритмично задвигались, жестко зажимая женщину между собой.
Между тем, безымянный ирлинг пришел в себя, открыл глаза и поднялся на ноги, представляя собой прекрасную возбужденную картину чистого безумного желания. Селена встала перед ним, раскрыв крылья и снимая мало что скрывающую одежду. Ирлинг жадно смотрел на нее, нервно подергивая крыльями.
— Трахни ее как тебе хочется, — разрешил король, — убивать и калечить запрещаю.
Ирлинг дернулся как от удара током и схватил Селену за волосы, потащив на одно из кресел. Она сдавленно пискнула и поспешила за ним, рискуя остаться без скальпа. Крылатый опрокинул ее на покатую спинку кресла, так, что головой она оказалась внизу, а торчащая вверх попка притягивала взгляд. Ирлинг облизал собственные пальцы языком и засунул их в девушку, смачивая нежные складочки. Потом приставил ко входу в лоно свой член и начал толкаться внутрь.
Он был оснащен совсем не маленьким пенисом, и такое грубое вмешательство оставит свои следы в будущем, но ирлинг ни о чем не мог думать, кроме как об удовлетворении того пожара, что пожирало его естество. И только трахая кого-нибудь, можно было унять жар. Именно поэтому стирались все грани приличий и воспитания, оставляя лишь голые инстинкты. Мужчина не способен был управлять своим собственным телом и хоть как-то сделать приятно девушке, ведь он изначально был против насилия таким образом. Но, проклятый наркотик делал из него безумного маньяка-насильника, желающего лишь утолить свою похоть и ничего больше.
Селена стонала и извивалась под ним, а он лишь яростно вбивался в нее, руками зафиксировав на месте.
Троица в углу тоже не теряла времени даром. Наарша уже восседала верхом на шрамированном мужчине, а второй стоял над ними широко расставив ноги. Нага обхватила его член своими большими пышными грудями и с увлечением елозила одна о другую, длинным раздвоенным языком обмотав головку.