— И зачем ты туда перенеслась? — задала риторический вопрос наставница. В голосе сквозила горечь. А ведь они должны были встретиться для занятия, но Илину Владимировну отвлекли, и она совсем забыла и о тренировке, и об ученице. Даже не подумала, что нужно её предупредить, а потому и не заметила, что та покинула лагерь. Ведь могла же заметить. Должна была. Поисковик же!
Скользнув на магическое зрение, поисковик по дару, но не по призванию, вгляделась в истощенное почти до предела поле. «А ведь дело не только в применении мерфитской магии, собственная синева тоже пошла в расход», — поняла она то, что наверняка та же Маргарита Николаевна увидела сразу.
Донорская синева усваивалась, две чуть различающиеся составляющие синего поля выравнивались, внутреннее поле — так называемое ядро — перестраивало чужеродную структуру под собственную. Количество зелени тоже постепенно уменьшалось, исчезая в неизвестном направлении, так что всего десять минут назад казавшееся трехслойным поле быстро становилось все более однородным. Пока что границы ещё были видны, но уже гораздо менее отчетливо. И это не могло не радовать.
— Быстро усваивает, — заметила Анастасия, опуская на стол небольшой поднос, на котором стояли одинокая чашка и чайничек с, по всей видимости, восстанавливающим настоем.
— Было бы странно, если бы было иначе, — понимая, что терять уже нечего, ответила на это директриса, принимая помощь матери и садясь на кровать в ногах у Светы.
— Это точно. — Госпожа Лайон передала дочери наполненную чашку. Илина Владимировна благодарно кивнула и, морщась, начала прихлебывать обжигающий напиток. — Будь осторожней с «Мостом», — обеспокоенно попросила мать. — Ты сама ещё не настолько сильна, чтобы делиться полем без последствий.
— Как будто полем вообще можно делиться без последствий!
— Я имею в виду серьезные последствия, а не небольшой упадок сил, — строго возразила на это супруга градоправителя Марианского.
— А для тебя или Маргариты Николаевны это был бы только небольшой упадок? — заинтересовалась директриса. — Без временного уменьшения резерва и падения магического уровня?
— Если в том количестве, которое отдала ты, то да, — даже не задумываясь, подтвердила Анастасия. — Что я, что Рита в повседневной жизни большую часть потенциала не используем, так что мы бы и не заметили.
— Не заметили и уровень не изменился — это немного разные ситуации, — возразила на это Илина Владимировна.
— Я бы не заметила, у Риты бы не изменился, — конкретизировала уже немолодая русалка. — Хотя бы поэтому стоило сказать. Моё бы тоже подошло, ты же знаешь.
— Подошло бы, — согласилась Светина наставница. — Но уже хуже.
— Ты давай не зубы мне заговаривай, а отвар пей, — спохватилась старшая поисковик.
— Ненавижу эту гадость, — поделилась директриса прежде чем в несколько больших глотков допить напиток.
— Да я в курсе, — усмехнулась на это её мать, наливая в кружку новую порцию. — Не отлынивай, Ил. Тебе действительно восстановиться надо. И желательно быстро — не с твоей должностью валяться в кровати. Я могла бы тебя подпитать своим полем, но ты же откажешься.
— Откажусь, — подтвердила Илина Владимировна. — Если есть желание поделиться полем, вон со Светой лучше поделись. Ей оно нужнее, чем мне.
— Это я лучше тебя вижу, — проворчала Анастасия. И, немного подвинув дочь, присела перед спящей девушкой. Отвела от лица волосы. — Рита наложила на неё сонное заклятье. — И без перехода: — Она похожа на тебя в этом возрасте.
— Мне говорили, — брюнетка чуть смущенно улыбнулась. — И Лена, и Анна Викторовна. Она вообще догадалась, едва Свету увидела, ещё даже до того как она Превратилась. А ведь поле тогда больше Ленино напоминало, да и про то, что она хамелеон было неизвестно!
— Аня — хороший поисковик, — пожала плечами Анастасия, продолжая изучать лицо и поле девушки. Причем больше даже последнее. — К тому же весьма опытна и была знакома с тобой, когда ты училась в школе. Да и память на лица у неё хорошая. Большинство наверняка уже успели забыть тебя-школьницу. Да и в поле зелень отвлекает от сравнения, так что, не думаю, что много кто догадался. Даже я, когда образ снимала тогда, в Храме, не поняла. Так что уж о других-то говорить?
— Надеюсь на это.
— И, кстати, о Храме. Ты могла сказать тогда, — с укором заметила Глава рода Лайон. — Родную кровь я бы смогла и найти, и вытащить.
Илина Владимировна опустила голову. Она действительно чувствовала себя виноватой за свою нерешительность и перед Леной, и перед Светой. Даже не зная ещё истинных последствий этой нерешительности и не подозревая о них.
— Я хотела. Правда хотела. Но… испугалась.
— Чего, Ил? — в голосе женщины была горечь. Такого она от дочери никогда не ожидала. Совсем не ожидала. — Нашей с отцом реакции?
Наследница градоправителя Марианского кивнула и попыталась оправдаться:
— Я думала, дед-настоятель её защитит.
— Ну, в итоге это и случилось, не так ли?
— Не совсем, — призналась директриса. — Она ничего не рассказывает, говорит, что дала клятву, но, похоже, ей пришлось тяжело в Храме.
