— Интересный выбор. Но в принципе для того, чтобы подтянуть язык самое то. Обрати внимания на раздел о происхождении мира.
Настя кивнула и хотела уйти, но потом решилась:
— Я его уже прочитала. Не всё поняла, правда.
— И что же именно тебе непонятно? — мужчина откинулся в кресле и указал ей на противоположное.
Непонятно было многое. Начиная с теории о множестве миров и заканчивая высшими сущностями вроде Демиургов, управляющими ими. И кое-что Благословенный Огненной смог прояснить. Из его кабинета Настя вышла только через час и хотя большая часть стала понятнее, новые вопросы, требующие ответов, у неё возникли тоже. Но задавать она их не стала, решив, что спросит, если к следующей встрече не найдет ответов сама.
Когда дверь за девушкой закрылась, настоятель ещё несколько минут смотрел ей вслед. Прошлой весной, только начав с ней общаться, он и подумать не мог, во что это общение выльется. Русалка нужна была ему только чтобы понять Свету и её новое окружение, их реакцию, их мотивы, претерпевшие за то время, что Григорий не интересовался русалками, некоторые изменения. Теперь же с ней было действительно интересно разговаривать. И уже не только потому что это общение позволяло отвлечься от большой политики, внутренних дрязг и семейных проблем. Из девочки, если она добьется благословления кого-то из богинь, могла вырасти способная адептка Храма. Весь вопрос был в том, получит ли она поддержку богов. Ответ на него могло дать только время.
— Настоятель, — в кабинет заглянул помощник. — Вы просили напомнить про встречу.
— Благодарю.
Григорий поднялся. Его ждали дела. Как касающиеся Храма, так и личные: в этот раз Валентина хорошо подготовилась к побегу и избавилась от всех артефактов, которые он был способен отследить. То, что дочь в порядке, он чувствовал, но установить её местонахождение оказался не способен. А, учитывая, что ей явно кто-то помогал, причём кто-то магически одаренный, ограничивать поиски одной страной или человеческими городами не стоило. На крайний случай всегда можно было прибегнуть к помощи русалочьих поисковиков, той же Елены Миллиос, но это означало фактически расписаться в своей некомпетентности, так что пока он этого делать не планировал.
— Учти, вляпаешься в неприятности — инициирую, — словно о чем-то обыденном предупредил Асавен, вручая мне книгу с Легендой.
Аккуратно подхватив талмуд, взвесила его в руках и… водрузила обратно на полку. После чего повернулась к мерфиту:
— А вот теперь поподробнее о том, что ты понимаешь под неприятностями. Потому что в моём понимании ты только что пообещал меня убить, стоит мне опять влипнуть в какую-нибудь историю! А зная моё везение и хамелеонскую тягу к неприятностям, я обязательно вляпаюсь.
— Хорошо, сформулирую иначе: попытаешься умереть, проведу через Инициацию.
Прекрасное напутствие! Я, может, вообще не хочу становиться мерфиткой.
— А если я предпочту остаться русалкой и умереть?
— В Инициации нет ничего такого уж страшного.
— Помимо того, что ради неё нужно умереть, а потом вернуться из Бездны?
— Ну да. — Сарказма Асавен предпочел не заметить.
— А если я не вернусь? Ты же сам говорил, что некоторые не переживают Инициацию. И подозреваю, души их не отправляются на перерождение, а остаются в Бездне. Скажешь, нет?
— Это спорный вопрос.
— Но за счет чего-то ведь эта ваша Бездна существует? Не может же энергия возникать из ничего?
— Не может, — согласился физик. — Считается, что её создают те, кто заперт в Бездне. У нас есть такое наказание.
— Ещё один пункт в копилку аргументов, почему мерфиткой я быть не хочу.
— И каковы же другие? Помимо нежелания умирать и страха перед Инициацией?
Вопрос заставил задуматься. Облечь свои чувства и страхи в слова было не так уж просто.
— Я не хочу зависеть от Бездны. И вообще зависеть от чего-то. Тем более того, что не могу контролировать ни я сама, ни близкие мне люди. Это раз. И да, я не хочу умирать. Ни при Инициации, не после. Ты сам говорил, что часть переживших Инициацию умирает в первые несколько лет. Что не каждый способен стать мерфиткой.
— Ты способна, — мужчина явно был уверен в этом. — И судя по всему сильной мерфиткой.
— Асавен, — я прямо посмотрела в зеленые глаза. — То, что я способна стать мерфиткой — слабой ли, сильной ли без разницы — не значит, что я
— Ладно, я тебя услышал. Но всё же, постарайся не нарываться на неприятности. Поиск не стоит твоей жизни, о чём бы ты не хотела попросить Тринадцать.
