— Подозреваю, потомственные русалки, по крайней мере, старшее поколение, тоже в курсе, — не стал щадить мои чувства мерфит. Вот даже не сомневаюсь. — Я бы на твоем месте поинтересовался, откуда это знал Андре. Насчет старшего поколения я не шучу. Твои сверстники едва ли в курсе сплетен чужой страны столь махровой давности. — И правда. — Тут одно из двух: либо твой тритон интересовался историей, причем не официальной её частью, либо ему тоже кто-то помогал.
Интересная мысль. Надо обязательно обсудить её с Владиславом Владимировичем. К прадеду с этим идти явно не стоит: как пить дать запретит лезть в это дело, опасаясь, что снова влезу во что-нибудь не то. В версию с помощником не очень верилось, а вот в интересе к истории определенные резоны были.
— Думаю, стоит заглянуть в библиотеку.
Родовая библиотека, точнее та её часть, в которой проводил время Андре, представляла собой мрачное зрелище. Устроенный нападавшим разгром уже прибрали, но очков освещенному парой люстр и старомодной лампой на столе помещению это не добавило.
— Можно как-то узнать, какие книги в последнее время трогали?
— Можно, — кивнул мерфит. — Только не факт, что это нам поможет. — Сотворенное им заклятье, как оказалось, работало на иллюзиях, так что его результат я не увидела. — Не учел. Ладно, садись, найду все сам.
Книг оказалось относительно немного. Всего пара десятков.
— Я выбрал то, что трогали чаще всего, — объяснил преподаватель. — Но он похоже интересовался мемуарами, там их целый шкаф, а то и больше. Все я не стал брать.
— А он точно их читал?
— Их точно читали. Но твой тритон или кто-то ещё из родственников так не скажешь.
Новость не порадовала. Это грозило занять меня надолго.
— Да читал он их читал, — не выдержала Эржебет, увязавшаяся за нами. — Что? Пара нереидов за ним присматривали, пока мы были тут.
— А пораньше ты об этом сказать не могла?
— Я вообще могла не говорить, — отрезала телохранительница.
Скрыть от отца присутствие Сары оказалось несложно. Гораздо сложнее было убедить девушку, полную юношеского максимализма и веры во взаимопомощь магически одаренных, спрятаться. Основным аргументом, как ни странно, стала страшилка в духе: «Вот окажешься Храмовой послушницей, будешь локти грызть, да поздно будет».
В Храм девушке не хотелось, потому она всё же сдалась и весь визит настоятеля просидела тише мыши. Благодаря браслету тот её действительно не заметил: в отличие от дочери у Григория Наррейнер не было необходимости пользоваться артефактом магического зрения, который каким-то образом обходил защиту «скрытника», а собственное магическое зрение большинства магов спрятанное таким образом поле не различало. Исключением были разве что лисаре, с помощью которых эти браслеты и создавались, да другие сильные менталисты, способные ощутить влияние и обойти. Но таких во всем мире, не то что на Земле, было мало, так что проколы из-за этого у русалочьих разведчиков были нонсенсом.
После ухода отца Валентина выдохнула и, вытащив своего найденыша из шкафа, вернулась к планированию побега. Жить в изоляции от всего мира ей уже давно осточертело, потому за возможность вырваться она уцепилась всеми конечностями.
Основная часть подборки оказалась посвящена водной части Империи. В основном Подводному ветру. Буквально несколько книг были про Храм. Читать все я, разумеется, не стала, удовольствовавшись когда кратким пересказом знакомого с большей частью этого Асавена, когда просто просмотром. Сложнее оказалось с мемуарами и дневниками предков. Мало того что их было много, ещё и писали они на общемагическом. Да и почерк у большинства оставлял желать лучшего. В общем как я уже говорила, это грозило занять меня надолго. Так что ушел Асавен ближе к ужину. Выдав мне на прощание десяток задачек по математике, до которой мы с ним так и не добрались.
Ужин прошел в атмосфере всеобщего напряженного молчания. И после него, когда Анастасия объявила об их с Селестиной отбытии на поверхность, стало понятно почему. Кажется, что-то срочное все же возникло. Хмурый градоправитель на это ничего не возразил. Наверняка в приватной беседе уже успел использовать все аргументы. Мы с папой тем более промолчали. И только Илина Владимировна попросила быть осторожней.
— Света, на пару слов, — остановила меня прабабушка, когда я уже собиралась покинуть столовую. И, когда я подошла, предупредила: — Сейчас будет достаточно крохи «зелени», чтобы качнуть чашу весов не в ту сторону. Поэтому постарайся ограничить магию. В том числе взять под контроль свои способности к Связи.
Ещё бы я знала, как это сделать. Особенно со Связью. Но вслух пообещала, что буду осмотрительней.
— А вы будьте, пожалуйста, осторожны.
Я слышала и новостные передачи по иллюзору, и разговоры старших, потому знала, что дела на поверхности обстоят не лучшим образом.
