Начнем с умеренного винопития. Где-то мы просчитались, но где? Очевидно, норма у каждого своя. И то, что норма для меня, для Таньки — собачий смех. А Машка где-то посередине. Как и полагается известному явлению в проруби. И если я после пережитого стресса тяпнула коньячку и на этом успокоилась, то остановить Таньку — задача невыполнимая. Это может сделать только один человек. Она сама.
Так что невеста в баню явилась уже подготовленная. Не скажу «готовая», но тепленькая. А в этом состоянии она являет собой опасность для себя и окружающих. С ней такой лучше не спорить. Лучше, конечно, вообще не связываться.
Итак. Открывается дверь и вваливается невеста, в джинсах, джинсовой же рубашке, а поверх — свадебное платье, хорошо хоть не ее, а размера на два меньше, с пышной юбочкой-пачкой, с распущенным на спине корсетом. На голове — кокошник. На ногах — валенки. В руке березовый веник.
— Йоу, йоу! Бросание букета! — завопила она с порога и швырнула веник в меня. Я увернулась, она подскочила, подобрала его и принялась носиться за мной и хлестать меня им. Девки — Лулу и Амалька — хохотали взахлеб. А мне было не до смеха. Как говорится, у бегемота слабое зрение и большой вес, но это не его проблемы.
Наконец, она меня зажала в углу и, неожиданно нежно вручив мне веник, отступила, приплясывая и распевая:
— Во поле береза стояла, во поле кудрявая стояла! А это наша Маечка, красавица, стройняшка! А замуж собирается Танюха, а не Машка!
— Хорошо, что ты вспомнила, кто замуж собирается, — пробурчала я, потирая ушибленные веником бока. — А то с тебя станется, можешь и забыть!
— А как думаете, мужики стриптизерш заказали? — на слушая меня, сверкнула глазами Танька. — А давайте сами им закажем!
— Совсем, что ли? — рявкнула я. — Еще проституток им закажи! И цыган с медведем!
— Идея лучше! — Танька все еще была на своей волне. — Давайте мы притворимся проститутками!
— Не-ет! — простонала я. — Маша, останови ее!
Маша ничего не придумала лучше, чем позвать массажистов.
Ради девичника были заказаны, разумеется, красивые мускулистые ребята.
— Стриптизеры! — взвизгнула Танька и рванулась к ним.
Я перекрестилась и взмолила Бога о помощи.
Ангелы в лице наших мужиков явились на шум из соседнего отделения и были весьма озадачены видом Татьяны, гоняющейся за массажистом с криком: «Я невеста! Давай стриптиз!»
Увидев Павла, Татьяна тут же присмирела и, разведя руки в стороны, запела:
— Наш хор поет тебе, родимый, и вино течет рекой! К нам приехал наш любимый а ПалЮрич дорогой!
Все это так комично выглядело, что все ржали. Кроме меня. Потому что я чуяла беду неминучую.
Потом Танька запустила ламбаду, собрав всех в большую гусеницу и подпевая себе, завиляла бедрами, накрепко ухватив Павла за собой. Всем ничего не оставалось, как двигаться за ней, танцуя, кто как мог. Бледные массажисты болтались в хвосте хоровода.
Потом мы пили шампанское. Потом поливали им друг друга. Потом дрались на вениках. Потом репетировали выход жениха и невесты, только невестой был Павел, а женихом Танька. Пасечке очень пошел кокошник и платье сидело как влитое.
Потом мы пошли париться, все вместе. Чтобы не смущаться, в халатах. Там Танька предложила играть в мафию, и выпускать из парилки только проигравших. Машка упала в обморок. Ее вынесли и поливали водичкой. Она оклемалась, встала и тут только выяснилось, что Таньки нет. Она спала в сауне. В стоградусной сауне! Спала!
Холодея и вспоминая телефон «скорой помощи» я потрепала ее по щекам. Она открыла осоловелые глаза, вытаращилась на меня, вдруг подскочила и вынеслась на улицу — в снег. А там принялась кидаться во всех снежками и убегать от Павла на проезжую часть.
Все бы ничего, но мимо проезжала полицейская машина. Увидев их, Танька вытянулась по струнке, приставила руку к башке и заорала: «Наша служба и опасна и трудна!»
Полицейские остановились, Сергей в халате (в чем выскочили, в том и находились на улице) пошел с ними объясняться. Они поняли, вошли в положение и даже сфотографировались с Танькой и ПалЮричем, причем на ней оказалась фуражка одного из них. Отдавая фуражку, она умудрилась пококетничать со служителями закона, и когда я ожидала, что ее как минимум арестуют, один из полицейских попросил ее телефон. ПалЮрич моментально обиделся. И пошел в баню в прямом смысле. Она же, вместо того, чтобы бежать за ним, побежала топиться в неработающем фонтане неподалеку. Менты уехали от греха.
Кое-как удалось ее поймать, под руки препроводить в баню, за стол с самоваром и баранками. Машку тошнило в душевой. Толик сидел с ней, обмахивая ее веничком и брызгая водичкой. Девчонки давно сбежали к своим ухажерам, Ваньке и Антону. Мы с Сергеем обнялись в углу и жалели друг друга. А Танька с ПалЮричем на двоих пели душевные песни.
Кое-как удалось потом всех развезти по домам и самим добраться. Зайдя в дом, рухнули в постель и уснули почти моментально.
