Мистер Сноуфилд был человеком тихим, мирным, писал натюрморты, посещал собрания местного клуба поклонников творчества поэта по фамилии Эллиот, — и вообще вел жизнь уютную, незаметную и полностью обособленную. В семейные дела не вмешивался, да его мнения и не спрашивали почти никогда… Домом заведовала миссис Сноуфилд, бизнесом — Арчи. Мириэль показалось, что Дорис получилась такой именно в отца. Только Дорис была еще и боязлива. Впрочем, мистеру Сноуфилду было нечего особенно бояться. А к невозможному характеру и невероятным поступкам миссис Сноуфилд он за годы совместной жизни даже привык!
Был еще младший ребенок, Эли — очаровательный мальчик, вежливый и спокойный. Он ходил в школу и иногда (когда миссис Сноуфилд отсутствовала) приводил после уроков товарищей — поиграть в саду. Мириэль наблюдала за их играми из окна и завидовала. Это было так похоже на игры юных русалочек — только не в саду, а среди коралловых рифов… И Мириэль так хотелось присоединиться к мальчикам!
С Дорис ей было немножечко скучно. Дорис, конечно, была очень славная, но…
Но Мириэль скучала по Арарите. В конце концов, даже Рэйчел, которая иногда навещала Арчи и Дорис и к которой Мириэль ужасно ревновала своего принца, казалась ей более интересным и привлекательным человеком, чем Дорис! Уж очень Дорис была унылая. Как серое небо над океаном зимой…
Впрочем, поиграть с мальчиками Мириэль так и не решилась, а Рэйчел приезжала не часто. И приходилось общаться с Дорис. Потому что больше общаться Мириэль было здесь не с кем.
Первой помощницей миссис Сноуфилд в домашних делах была мисс Вагнер. Она во всем следовала требованиям и настроениям госпожи и тоже относилась к Мириэль с неприязнью.
Среди слуг Мириэль сначала друзей себе не нашла — они не считали ее «своей», они считали ее «полубарышней», а значит — выскочкой, которой следует указать ее место! Вот они и указывали, отстраняясь от Мириэль и даже сплетничая за ее спиной… Правда, Мириэль еще не так уж хорошо разобралась в земной жизни и во взаимоотношениях между людьми, чтобы понимать и переживать происходящее.
В конце концов, и среди слуг нашелся один человек, который явно выказывал ей свою симпатию: Марк — буфетчик. Он тоже был «из образованных» и к нему тоже настороженно относились слуги. Но главной причиной его расположения к Мириэль являлось, разумеется, то, что Марк был симпатичным молодым человеком, а Мириэль — на редкость красивой девушкой.
Марк очень деликатно и ненавязчиво принялся ухаживать за ней. Приносил ей маленькие букетики маргариток и коробочки с пирожными. Маргаритки Мириэль ставила в стакан на тумбочке, а пирожные тайком отдавала друзьям Эли: она терпеть не могла сладкое и не понимала, что люди в нем находят! Иногда — если Дорис укладывалась спать днем, следуя приобретенной с детства привычке — Марк и Мириэль встречались в беседке в саду, чтобы поболтать. Марк готов был говорить часами — обо всем на свете — и Мириэль тоже готова была слушать его часами, потому что ее интересовало все, все, что только можно было узнать об этом замечательном мире. Но больше всего на свете ее интересовали Сноуфилды. И главный из них — принц Арчи.
Один раз, кивнув на роскошный, утопающий в густой зелени магнолий дом, Марк сказал:
— Дом этот старой французской постройки… Обычно в таких живут привидения. И полным-полно тайн и спрятанных кладов. Только этот дом — он как упрямый старик. Крепко стережет свою тайну. И никак у него не вызнаешь… Ни хитростью, ни лаской! Остается выбить силой… Только господа Сноуфилды на это неспособны. Вот и мучаются. А решились бы снести дом до основания — может, и узнали бы чего интересное для себя…
— Зачем же сносить такой красивый дом?
— А что же, лучше жить и мучиться тем, что существует тайна, которую они никак не могут узнать? Будь я владельцем, я бы разрушил его до основания… Но я не владелец. Зато я знаю один ключик, благодаря которому заставлю разговориться этого упрямого старика.
Мириэль только-только стало интересно, как вдруг на балконе появилась заспанная Дорис и принялась звать ее! Мириэль вынуждена была быстро попрощаться с Марком и бежать в дом… Так она и не узнала ни про тайну, ни про ключик. А Марк, возможно, уже готов был ей рассказать! Впрочем, она еще сможет при случае расспросить его… Ведь Марк всегда готов поговорить с ней! Не то, что Арчи.
