К двум часам Русланчик был на проходной. За ним спустилась секретарша Дубинина и проводила его в кабинет проректора. Кабинет располагался на последнем этаже, окна выходили на Политехническую. Вид, по сравнению с видом из окна кабинета Фирсова, был не очень, но сам кабинет был просторным и светлым. Прямо напротив входа у стены стоял огромный письменный стол, заваленный бумагами, а вот то, что Русланчик увидел над столом, потрясло его до глубины души – над столом висел портрет академика Флерова в полный рост, написанный маслом. Флеров был запечатлен на фоне корпусов атомной станции, что у знающих его людей всегда вызывало вопрос – дело в том, что ни к мирному атому, ни к военному, Флеров никогда отношения не имел – он всю жизнь занимался исследованием в области материаловедения. Но художник, видимо, решил, что атомная станция в качестве фона выглядит солиднее, чем микроскоп и пробирки. Академик был изображен в сером костюме, с непокрытой головой, ветер трепал его волосы, взгляд был устремлен вдаль как у первопроходца, одна рука была прижата к телу, вторая была протянута вперед. В ней он держал свернутую в виде свитка газету, крепко зажав ее по середине. Не дать, ни взять – реинкарнация вождя мирового пролетариата, указывающего народу путь в светлое будущее. Никакой художественной ценности портрет не представлял, а напоминал скорее агитационный плакат. Художник писал свой шедевр по фотографии, предоставленной ему Мишей, но надо отдать ему должное, портретного сходства добиться ему удалось. Портрет этот Дубинин заказал одному питерскому художнику по сходной цене, а когда портрет был готов – повесил его у себя в кабинете прямо над столом, так что первое, что бросалось в глаза переступившему порог его кабинета – был запечатлённый на холсте Флеров, смотрящий по верх голов посетителей. Когда тот впервые увидел в кабинете у Миши свой портрет, то расчувствовался до слез, полез было обнять и поблагодарить Мишу за его любовь и преданность, но потом решил все же этого не делать, ограничившись благодарностью на словах:
– Я знаю, Миша, ты преданный ученик, и я это очень ценю. Спасибо тебе, растрогал старика! – сказал он тогда Дубинину, который еще не был проректором. – Вот пора бы тебе подумать о серьезной должности в нашем новом университете – думаю назначить тебя проректором по административной работе. Что скажешь? Не будешь возражать?
– Я? Возражать? Да что вы, Трофим Денисович! С благодарностью приму должность! – льстиво воскликнул Дубинин. – Это же такое счастье вместе с вами трудиться, студентов растить! Ведь не каждому выпадает такое! А я ваше доверие оправдаю, не подведу!
– Ну вот и ладно, я тебя еще и членкором сделаю – ты только служи исправно. Слышал небось, что я хочу новое здание для университета строить?
– Слышал, вы на совещании упоминали.
– Ну вот, надежный человек нужен, чтобы стройку контролировать, подрядчиков проверять, за финансами следить. А подрядчики то, Миша, вороватые нынче – все же хотят украсть, не работая! Качество низкое – цены высокие. Вот Ванечка мне присоветовал свою генподрядную организацию создать, а через нее уж подрядчиков нанимать. Что скажешь?
– Хорошая идея – подтвердил Миша, – у вашего Ванечки золотая голова, мне бы в голову такая идея не пришла – желая польстить Флерову соврал Миша, хотя это была первая мысль, которая пронеслась у него в голове, когда Флеров заговорил про стройку.
– Считаешь? Ну да я слышал, что и он тебе доверяет. Так ты подумай, Миша, как лучше сделать то, с Иваном обсуди. Чтобы как разрешение на стройку получим, так и действовать начинать.
– Непременно, – ответил ему Дубинин.
В результате, Миша помог Ванечке учредить строительную компанию, которая стала генподрядчиком при строительстве нового здания, что обещало принести немалые дивиденды отпрыску академика.
«Ни чего себе подхалимаж в полный рост!» – подумал Русланчик, преступив порог кабинета и рассматривая портрет Флерова. «Молодец проректор!».
– Проходите, молодой человек, – пригласил его Дубинин. – Руслан, не ошибаюсь?
– Руслан, все верно.
– Вы концепцию конкурса принесли? Ну что ж, давайте взглянем, присаживайтесь.
Русланчик поздоровался, передал Дубинину папку с концепцией и присел на стул. Обсуждение не заняло и полчаса. Поскольку финансирование осуществлялось целиком из городского бюджета, то поучаствовать в расходах напрямую было довольно проблематично, только в качестве оплаты труда комиссии экспертов, и Миша не хотел тратить на обсуждение много времени.
– Экспертов, вы конечно, поручите нам подобрать? – поинтересовался Миша.
Русланчик не знал ответа на этот вопрос, но выглядеть лохом ему тоже не хотелось, поэтому он выкрутился:
– Давайте поступим так же, как и в прошлый раз, не будем ничего менять. Вы не возражаете?
