– Нет. Видела конечно, на совместных совещаниях встречались, но персонально ни с ним, ни с младшим Флеровым, не знакома. Не нравятся мне такие как они – посредственности, которые волею судьбы вдруг добрались до высот и возомнили себя этакими королями. Я, положим, тоже не сама на место начальника комитета уселась, но я стараюсь использовать свое положение не только для своего блага, но и для дела, обеспечиваю необходимые условия для того чтобы заработать не только сама, но и другим дать возможность. А эти господа гребут только под себя, причем отнимая от других, поскольку не зарабатывают, а приватизируют чужое. Вот был пионерский лагерь на заливе, там дети отдыхали, народу много работало, а Ванечка приватизировал участок и продал его под коттеджный поселок. В результате – лагерь закрыт, народ уволен, детям отдыхать летом негде, а у Ванечки пополнение счетов. Или вот Дима, то есть Дмитрий Владимирович, рассказывал – он ведь стройку в городе курирует, поэтому со всеми крупными застройщиками знаком – так вот, один застройщик новый микрорайон район захотел построить на земле академии наук, той что под сельскохозяйственные нужды была раньше отведена, ну там всякие опытные поля и так далее. Земля уже несколько лет не используется по назначению – отчего бы не построить на ней жилье, тем более что она не академии принадлежит, а государству, а у академии она в долгосрочной аренде. Но без согласования с академией ее целевое назначение изменять нельзя и право аренды передавать тоже нельзя. Ну пришли они к Флерову договариваться, а там Ваня их встретил, ну и объяснил, что академия не даст целевое назначение земли изменить просто так, но если застройщик передаст часть построенных квартир академии якобы для расселения сотрудников, то передача земли под стройку будет выглядеть вполне оправдано. Ваня хотел сотню квартир отщипнуть – а это почти десять миллионов баксов – но сговорились на тридцати квартирах. Ну понятно, что академия передала права управления этой недвижимостью Ваниной компании. Ну а будет ли компания сдавать это жилье или продаст эти квартиры, что скорее всего и произойдет – это не так уж важно. Важно, что ни персонал академии там не поселится, ни доходы в академию не пойдут. Если бы Ваня оказывал посреднические услуги и забирал себе только часть в качестве оплаты за свой труд – это еще можно было бы как-то понять, но он забирает все – а это уже беспредел.
– Ну ты же говоришь, что про это все знают, в том числе и правоохранительные органы – почему же тогда позволяют?
– Ну, во-первых, не все знают, а только те, кто вращается рядом, так сказать довольно ограниченный контингент. А во-вторых, возбуждение дела с участием такой фигуры как академик Флеров неизбежно привлечет внимание прессы, и станет достоянием широкой общественности. А вот это уже может дискредитировать саму идею власти. Представь себе: символ государства, национальное достояние вдруг оказывается замешанным в скандале с криминалом.! И даже если жуликом оказывается не он лично, а его сын, то к нему все-равно возникает масса вопросов. Он что не знал? Не мог не знать – на документах, передающих права на аренду, отчуждение и так далее его подпись стоит. А тут еще семейный подряд приплетут, потом протянут ниточки к руководству городом – мол как же так, у них под носом такие дела творятся, а они не в курсе – наверное тоже в сговоре. Вот тебе и дискредитация власти. На этом фоне начнут еще какие-нибудь расследования проводить – ну в общем это никому не нужно.
– Ну и что, это так и будет дальше продолжаться?
– Ну пока да, пока власть не закапсулируется настолько, что подобного рода скандалы ей станут безопасны.
– Что значит закапсулируется? – спросил Русланчик.
– А это когда узкий круг власть имущих превратится в закрытый клуб – я тебе уже говорила – а демократия, сохранив свое название, трансформируется в олигархию, как ее описывал Аристотель в своей «Политике». Читал?
– Нет – расскажи, -попросил Русланчик.
– Ну хорошо. Аристотель выделял несколько признаков олигархического правления. Первый заключается в том, что несмотря на равенство перед законом к власти могут прийти только люди с высоким имущественным цензом, то есть, богатые люди. В наше время это обеспечивается высокой стоимостью проведения выборов. Вроде все и демократично: выиграл выборы – прошел в думу, оттуда в исполнительную власть и так далее, но чтобы выиграть выборы – надо их оплатить. Поэтому во власть могут прийти только люди обеспеченные. Остальным, несмотря на то что их большинство, путь во власть заказан. Второй признак олигархического правления – это когда сын заменяет отца. Вот это мы уже сейчас сплошь и рядом видим – непотизм, как при Папе Александре VI Борджиа в начале 16 века.
– Что ты сейчас сказала?
