— Нет, если я сначала оторву твою, — я придвинула клинок чуть ближе. Он немного задел кожу, и Кобок застыл, его губы беззвучно двигались. Я повторила его слова, когда он покидал мою камеру. — Ты сейчас не можешь давить.
Он сглотнул.
— У меня есть к тебе вопросы, — сказала я, оставаясь за ним. — И если хочешь увидеть рассвет, ты на них ответишь.
— Где мои слуги? — осведомился он, за бравадой была дрожь. — Мои стражи?
— Ушли, — сказала я.
— Ты их убила?
— Чем дольше ты задаешь глупые вопросы, тем сильнее я злюсь, — стражи были в паре дверей от нас, живые и на посту, и я надеялась, что не дам Кобоку шуметь, чтобы избежать подозрений. Слуг было легко отослать. Ирена шепнула им, кем я была и что делала — они посмотрели на меня, потом друг на друга и пропали без слов.
— Я же говорила, — шепнула мне Ирена.
Но полагаться на неожиданную помощь незнакомцев было не по мне. Тревогу могли поднять в любой момент, как только кто-то сходит к моей камере. Мое время было ограниченным.
Я прижала ладонь к клинку, чтобы удерживать его у шеи Кобока. Он заскулил.
— Ты спланировал нападение на Тамзин Моропай, — сказала я ему на ухо. — Ты шантажировал принца, чтобы сохранить работу. Ты сделал подделку браслета си, чтобы Кимела стала ашоки. А потом ты настроил страну против Востока, чтобы выглядело так, словно ты стараешься защитить Моквайю.
— Что за… — он в панике озирался, пытался увидеть меня краем глаза. — Это ложь! Все это ложь!
— Ты ранил Тамзин, запер ее, обвинил в этом меня, — я прижала меч, и он мог вот-вот разрезать кожу. Его голос стал высоким хрипом:
— Это… был не я! Я не начинал сплетни при дворе. И я не знал о Тамзин до этого дня… я думал, что она умерла месяцы назад, пока не сообщили, что она была с тобой в карете ашоки!
— Не ври! — рявкнула я. — Ты знал, что она была жива, иначе зачем тебе делать браслет си? Когда Веран и Яно ушли, ты понял, что они могли ее найти. Ты заставил людей поверить, что она мертва.
— Я не… я не делал си-ок! Его мне доставили! Я не знал, что он был подделкой, и я не знаю, кто его послал!
— Как удачно сложилось, — сказала я. — Зачем им присылать браслет тебе? Почему не королеве?
— Не знаю! — он заерзал в кресле. Пот выступил на его лбу и вокруг пышных усов. — Я… я думал…
Я прижала меч, и он снова охнул.
— Что думал?
— Я думал, что это могла быть угроза, — быстро сказал он. — Что кто-то пытался запугать меня.
— Почему браслет заставил тебя так подумать?
— Его оставили в моих покоях, — сказал он. — Не прислали с почтой. Он лежал на моем камине. Кто-то смог пройти в мою комнату. Не убив моих стражей, — добавил он высоким голосом.
Я проигнорировала последние слова.
— И что? У тебя есть слуги.
— Никто из них не знал, откуда си-ок. Стражи не видели, чтобы кто-то входил. Как ты вошла?
— Убила всех, помнишь? — сказала я. Я отодвинула меч от его шеи и обошла кресло. — Ты тут один.
Он заскулил, взглянул на меня. Огонь и дым, что за идиот. Словно кучу мертвых стражей у его двери не замечали бы больше минуты. Я снова толкнула его кресло.
— Ты рассказываешь мне не все. Браслет си — то, чего ты хотел. Он должен был показать, что все идет так, как ты хотел. Почему так нервничаешь? Почему думаешь, что тебе кто-то угрожал, если сам не сотворил что-то неправильное?
— Я не нападал на ашоки! — заявил он.
— Врешь, — прорычала я.
— Клянусь, я не…
Я выпрямила руку у спинки кресла и толкнула, он отклонился на задних ножках. Он вздрогнул и издал что-то между воплем и выдохом, его ноги вяло трепетали в воздухе. Я прижала рукоять меча — только рукоять, не клинок — к мясистой части его подбородка, под челюстью.
— Я! — выдохнул он. — Я… записи. Я думал, кто-то узнал, увидел… что не стыкуется…
— Говори проще, — процедила я.
— Записи о рабочих! — пролепетал он. — Некоторые… совсем немного… могли казаться подделанными. Не… подделанными, а… заполненными так, что не поймешь, откуда… взялись…
Я хмуро глядела на него, пытаясь понять его бред. В записях были подделаны данные о том, откуда взялись рабочие?
— У тебя три секунды, чтобы зазвучать понятно, — сказала я.
— Просто! — выпалил он. — Незадолго до тебя… был случай с иностранным монархом. Моквайю обвинили в похищении принцессы. Делались запросы. Мне нужно было защитить нашу индустрию.
В ушах забавно звенело, словно мой клинок ударил по металлу, хотя я еще сжимала рукоять. Когда я заговорила, мой голос был сухим и отстраненным:
— Как это связано с Тамзин? Как это связано с Канавой Теллмана? При чем тут это?
— Был поставщик, временный распределитель рабочей силы…
— Прости, я не знаю такие слова, — едко сказала я.
— Кхм… группа занималась… без разрешения короны…
Я ударила по его креслу. Он снова охнул.
— Черный рынок! Их было много, их все еще много, и они работали с шифром… ты знаешь, это все секретная информация, она часто меняется…
Понимание ударило меня как молния. Я быстрым движением выпрямилась и отпустила его кресло. Оно покачнулось и рухнуло на пол. Кобок застонал.
— Ты про порт Искон, — сказала я, нависнув над ним.
— Моя голова… — простонал он.
Я прижала меч к его шее.
— Ты про порт Истон, да?
