«Как, милый Петушок, поешь ты громко, важно!» «А ты, Кукушечка, мой свет, Как тянешь плавно и протяжно:Во всем лесу у нас такой певицы нет!»«Тебя, мой куманек, век слушать я готова». «А ты, красавица, божусь,Лишь только замолчишь, то жду я, не дождусь, Чтоб начала ты снова... Отколь такой берется голосок? И чист, и нежен, и высок!..Да вы уж родом так: собою невелички, А песни, что твой соловей!» «Спасибо, кум; зато, по совести моей, Поешь ты лучше райской птички, На всех ссылаюсь в этом я».Тут Воробей, случась, примолвил им: «Друзья! Хоть вы охрипните, хваля друг дружку,— Все ваша музыка плоха!..» За что же, не боясь греха, Кукушка хвалит Петуха? За то, что хвалит он Кукушку.
ВЕЛЬМОЖА
Какой-то в древности Вельможа С богато убранного ложа Отправился в страну, где царствует Плутон. Сказать простее,— умер он;И так, как встарь велось, в аду на суд явился. Тотчас допрос ему: «Чем был ты? где родился?» «Родился в Персии, а чином был сатрап;Но так как, живучи, я был здоровьем слаб, То сам я областью не правил, А все дела секретарю оставил».«Что ж делал ты?» — «Пил, ел и спал,Да все подписывал, что он ни подавал».«Скорей же в рай его!» — «Как! где же справедливость?»— Меркурий тут вскричал, забывши всю учтивость. «Эх, братец!— отвечал Эак,— Не знаешь дела ты никак.Не видишь разве ты? Покойник — был дурак! Что, если бы с такою властью Взялся он за дела, к несчастью,— Ведь погубил бы целый край!.. И ты б там слез не обобрался! Затем-то и попал он в рай, Что за дела не принимался».Вчера я был в суде и видел там судью. Ну, так и кажется, что быть ему в раю!
