Разбитая параличом И одержимая на старости подагрой И хирагрой,Всем телом дряхлая, но бодрая умом И в логике своей из первых мастерица. Лисица Уединилася от света и от зла И проповедовать в пустыню перешла.Там кроткие свои беседы растворяла Хвалой воздержности, смиренью, правоте; То плакала, то воздыхала О братии, в мирской утопшей суете;А братий и всего на проповедь сбиралось Пять-шесть, наперечет; А иногда случалось И менее того, и то Сурок, да Крот, Да две-три набожные Лани, Зверишки бедные, без связей, без подпор; Какой же ожидать от них Лисице дани? Но Лисий дальновиден взор; Она переменила струны,Взяла суровый вид и бросила перуныНа кровожаждущих Медведей и Волков, На Тигров, даже и на Львов! Что ж? слушателей тьма стеклася,И слава о ее витийстве донеслася До самого Царя зверей,Который, несмотря что он породы львиной,Без шума управлял подвластною скотиной,И в благочестие вдался под старость дней. «Послушаем Лису!— Лев молвил.— Что за диво?» За словом вслед указ; И в сутки, ежели не лживо Историк уверяет нас,Лиса привезена и проповедь сказала.Какую ж проповедь? Из кожи лезла вон! В тиранов гром она бросала,А в страждущих от них дух бодрости вливала И упование на время и закон. Придворные оцепенели:Как можно при дворе так дерзко говорить!Друг на друга глядят, но говорить не смели,Смекнув, что Царь Лису изволил похвалить.Как новость, иногда и правда нам по нраву!Короче вам: Лиса вошла и в честь и славу;Царь Лев, дав лапу ей, приветливо сказал: «Тобой я истину познал И боле прежнего гнушаться стал пороков;Чего ж ты требуешь во мзду твоих уроков?Скажи без всякого зазренья и стыда;Я твой должник». Лиса глядь, глядь туда-сюда, Как будто совести почувствуя улику: «Всещедрый царь-отец! —Ответствовала Льву с запинкой наконец.— Индеек... малую толику».
ЧАСОВАЯ СТРЕЛКА
«Кто равен мне? Солдат, любовник, сочинитель, И сторож, и министр, и алтарей служитель,И доктор, и больной, и самый государь —Все чувствуют, что я важней, чем календарь!Я каждому из них минуты означаю;Деля и день и ночь, я время измеряю!» —Так, видя на нее зевающий народ, Хвалилась Стрелка часовая,Меж тем как бедная пружина, продолжая Невидимый свой путь, давала Стрелке ход!Пружина — Секретарь; а Стрелка, между нами... Но вы умны: смекайте сами.
