Из различных областей законодательства особенно показательным является законодательство о детях, так как здесь некоторое соперничество между интересами существующего и интересами будущего поколения более заметно дает себя знать и вместе с тем наиболее ярко выявляются те черты жизненного устремления народа, которые направлены на будущее. «Дети – носители будущего, строители будущей жизни», эта истина ныне звучит почти трюизмом, но вместе с тем она в практическом отношении далеко еще не утвердила себя. Лишь с самого начала ХХ века интересы здорового развития ребенка начинают с особенной силой интересовать государство и полагаются в основание ряда государственных мероприятий. К социальным правам ребенка начавшая развиваться к этому времени евгеника присоединяет новое право – «право быть хорошо рожденным», т. е. не унаследовать таких болезней или дефектов, которые делают человеческую жизнь несчастной и тягостной как для самого человека, так и для народа. Социально-правовая охрана детства, начавшая складываться также лишь с начала ХХ века, вручает высшие опекунские права по отношению к каждому ребенку государству, тогда как раньше только небольшая категория детей, наиболее заброшенных и несчастных, пользовалась некоторым вниманием государственных органов, и притом это внимание далеко не всегда было направлено в сторону спасения ребенка от тяжелых условий; иногда государство карало ребенка за правонарушения, считаясь больше с интересами общей безопасности, чем с интересами самого малолетнего.
Война нанесла тяжелый удар детству. Не будет преувеличением, если мы скажем, что дети явились категорией населения, наиболее пострадавшей от войны. Конечно, нельзя исчислить в денежных суммах ущерба, понесенного детьми, и не о материальных убытках идет здесь речь. Вред, причиненный детству, явился результатом того «длительного оскудения» как материального, так и духовного, в условиях которого детям пришлось, а отчасти приходится еще и теперь развиваться. Призыв на войну педагогов, воспитателей, старших родственников, взятие школ под лазареты, военные учреждения, беженство лишили их возможности получить необходимое образование. Голодные условия существования в период военной нужды, дороговизна, жилищный кризис лишили их необходимого материального базиса для здорового физического развития. Преждевременно ранний труд в неблагоприятных условиях подточил их силы и лишил их возможности надлежащей профессиональной подготовки. Наконец, нездоровая социальная обстановка сначала полная военных сенсаций, а затем безудержной спекуляции, разгула, социальной разнузданности и грубого эгоизма, развила в них дурные привычки и социально-опасные наклонности. Все это наложило печать оскудения на детей, выраставших во время войны, и значительно ослабило их жизненные качества. Громадное развитие детской беспризорности в странах, наиболее пострадавших от войны, явилось симптомом не только тяжелых материальных условий, в которых оказались дети, но и той жизненной неприспособленности детства, которая явилась продуктом их физического и душевного оскудения.
Драгоценный человеческий материал юных поколений, разъедаемый злом невежества, болезней, беспризорности и безработицы, не только гибнет втуне, но и является громадным резервуаром, из которого черпаются кадры антисоциальных элементов (преступников, проституток, попрошаек, дегенератов, авантюристов и пр.). На слабые плечи выходящего в жизнь поколения накладываются огромные трудности по восстановлению разрушенной войной экономической жизни, а порою и тяготы по старым расплатам за войну. Естественно, что рождаются самые мрачные мысли относительно того, насколько оно сможет справиться со всем эти, и невольно навертывается вопрос, не стоит ли европейская часть человечества на пороге «заката», который предсказывает Европе Шпенглер.
Однако, лишь немногие из более малодушных склонны поддаваться такому отчаянию. Энергия борьбы за возрождение проснулась после войны во всех странах, и почти повсюду все ударные силы брошены на оздоровление и поднятие благосостояния детства. В самом деле, экономическое возрождение страны, о котором так много говорят, возможно только тогда, если надлежащим образом будет поставлен наиболее ценный фактор производства – человеческий труд. Производительность труда может быть повышаема, без опасности физического истощения работника, лишь поднятием его жизненных сил и квалификации. А эти последние, в свою очередь, зависят от тренировки и выучки, полученной в детстве и юношестве. Поэтому поднятие производительных сил страны неизбежно требует укрепления и оздоровления детства, как кадра будущих работников страны. В основании политики охраны детства в настоящий момент, таким образом, лежит не просто гуманитарный мотив сердечного попечения о несчастном ребенке, а серьезнейший государственный мотив поднятия благосостояния будущих поколений.
