Один пример скажет все. В один из своих приездов в Москву нашел я на столе своего общественного НСВ телеграмму от Дэвида Рокфеллера: он будет в Москве проездом такого-то числа таким-то рейсом, готов задержаться на день для встречи с российскими членами НСВ, будет рад познакомиться лично. Просил встретить в Шереметьево-2. Увы, дата на телеграмме была двухнедельной давности. Никто Рокфеллера не встретил. Все мои переговоры пошли прахом. Боюсь даже представит^ себе, что он обо мне подумал.
А вот еше. Не успел я после этого вернуться в Нью-Йорк в унынии и в упадке духа, как Москва начала бомбардировать меня предложениями. От одного Фонда: «Уважаемый г-н Янов! Ваша идея чрезвычайно актуальна... Готовы немедленно оказать вам необходимую поддержку и содействие...».
Подписано: председатель Совета директоров Международного фонда академик Е. П. Велихов. От другого: «Уважаемый профессор! Вашу идею считаем своевременной и правильной. Готовы поддержать ее в материальном плане...». Подписано: заместитель Генерального директора ассоциации «Интертрей- нинг» С. Лакутин.
И, наконец, даже от только что созданной Комиссии по гуманитарной и технической помощи при Президенте РСФСР: «Уважаемый Александр Львович! Зная Вас как видного ученого и общественного деятеля, человека, принимающего самое живое участие в судьбе России... приглашаем Вас в кратчайшее время приехать в Москву для обсуждения проблем формирования общественного неправительственного Совета». Подписано: председатель Комиссии, член Верховного Совета РСФСР В. И. Иконников.
Я опять был на седьмом небе. Но приехать немедленно не мог, все-таки у меня в Нью-Йорке работа, семья, дочь в рискованном возрасте, одним словом, свои проблемы. Но у меня ведь была организация НСВ в Москве. Та самая на общественных началах. Вот и поручил ей со всеми связаться, договориться о совместной работе. Но... повторилась история с телеграммой Рокфеллера. Не связались, не договорились. А Комиссии по гуманитарной и технической помощи и вовсе уже к моему приезду не существовало.
Короче, выводов было два. Во-первых, что организатор из меня никакой. Not my cup of tea. А во-вторых, что пошла ко дну моя идея. Но время поджимало: вот-вот должна была грянуть реформа, шоковая, так сказать, терапия. И сбудутся мои худшие ожидания. Останется, как тогда говорили, лишь крутить по телевизору «Санта Барбару» и «Богатые тоже плачут».
Последняя попытка
Говорил я. конечно, и с Гайдаром. Но было поздно: решение уже было принято. Он отфутболил меня в соседний кабинет, к May. А что мог изменить May? Для меня, однако, это была не игра. Настал момент, который, прямо по Пастернаку, «не читки требует с актера, а полной гибели всерьез». И я решил напомнить о себе своим позавчерашним собеседникам, Б. Н. Ельцину и всесильному тогда Г. Э. Бурбулису - открытым письмом в самой, кажется, популярной тогда газете
«ТОВАРНЫЙ ЩИТ ОТ НИЩЕТЫ
Дорогие Борис Николаевич и Геннадий Эдуардович!
Как и многие, я рад вашему мужественному решению начать, наконец, прорыв России к рыночной экономике. Видит Бог, люди достаточно настрадались, годами маршируя в никуда.
Тревожит меня и заставляет писать вам совсем другое: в ваших заявлениях не упомянут товарный щит реформы. Тот самый, что предназначен в момент прорыва ликвидировать продовольственный и товарный голод в стране с тем, чтобы примирить людей с рынком вместо того, чтобы их с ним поссорить. Щит, способный связать в их сознании рынок с улучшением их жизни, а не с прыжком в нищету. Необходимость такого щита мы с вами обсуждали, и вы оба с ней согласились.
В год прорыва в страну должно быть завезено столько продовольствия и предметов первой необходимости, что само уже давление этой колоссальной товарной массы предотвратит скачок цен. И доступны они будут ВСЕМ. Хирурги не станут резать по живому без анестезии: пациент может умереть у них на столе - от болевого шока. Товарный щит - анестезия реформы.
Не подачки на бедность, не бессмысленные в условиях беспощадной инфляции прибавки к зарплате, не новые заплаты на старые, а доступное всем товарное изобилие, дающее народу возможность познакомиться с рынком в ситуации благополучия, а не обнищания.
Продовольствия больше, чем достаточно - и в Америке, и в Европе. Даже Пентагон готов не только выделить из своего бюджета миллиард долларов для товарного щита, но и предоставить для этого военно-транспортные самолеты, когда-то - во времена советской блокады - прокормившие Берлин.
эпилог
А где же российские военные? Где ваша военно-транспортная авиация? Где организационный штаб товарного щита в российском правительстве? Где стратегия его реализации?
