– Хорошо, я все рассказу: все-таки мы оба мусульмане, и надеюсь, вы поймете меня. Да, я пришел сюда за казной эмира. Эту карта досталась мне от покойного отца – да будет мир над ним. А тот получил ее от своего отца, Султанбека. Тогда ему, старшему сыну, было лет пятнадцать. Мой отец получил эту карту за день до похода деда в страну Советов. А случилось это так. Дед позвал папу в свою комнату, и они заперлись. Как рассказал отец, дед велел ему сесть за низенький столик и заговорил доверчивым голосом:
– Знай, сын мой, все услышанное ты должен запомнить навсегда. Завтра утром я ухожу в страну Советов – будь они прокляты! Я иду туда за казной эмира. Может случиться так, что там погибну.
– О, отец, не говорите такие страшные слова.
– Не перебивай старших. Так вот, слушай дальше, – и мой дед развернул перед ним карту и показал место пещеры, где в горах Байсуна спрятана казна Бухары.
Далее он добавил:
– Сын мой, эта карта будет храниться в сундуке твоей матери. Но запомни, если ты кому-нибудь проболтаешься о ней, то плохие люди убьют тебя, а также твою мать. Речь идет об огромном количестве золота, которое может уместиться в десятках сундуках. Я говорю об этом на тот случай, если не вернусь. Не знаю, когда ты очутишься в стране своих предков, но пока там Советы, не ходи туда. Но верь, когда-нибудь их власть закончится. Вот такой был разговор.
– Когда умер ваш отец?
– Два года назад от болезни сердца.
– У вас есть братья?
– Два старших брата. Однако они люди образованные, связанные с наукой, а один из них – профессор Тегеранского университета. Такое дело им не по душе. Тогда я решил заняться. Отец сделал меня торговцем. В Тегеране у меня небольшой магазин, но хотел заняться более серьезным бизнесом – нужны были большие деньги. Да, о деньгах. Хочу сразу сказать, если поможете мне бежать, я щедро одарю вас обоих. Предлагаю за свою свободу полмиллиона долларов. С такими деньгами можете уехать в Америку и жить, как в раю. Если вы откажетесь, то найду других людей. Никто не откажется от таких денег. Что скажете, друг мой?
Саид не ожидал такого предложения и даже растерялся. Сумма была невероятно огромная и не укладывалась в голове. Чекист задумался: «Если этот бандит предлагает такие деньги, значит, он нашел казну эмира, и, конечно, полмиллиона для него сущие пустяки».
– Мне надо подумать, ведь я не один.
– Понимаю тебя, – усмехнулся Соле. – Но знайте, я человек слова.
– А пока продолжим допрос. Расскажите мне, куда вы подевали золото эмира?
Этот вопрос почему-то рассмешил главаря, и он стал громко смеяться, прикрывая рот, чтобы не выглядеть неприличным. Ничего не понимая, чекист уставился на главаря с серьезным видом. Соле быстро успокоился и заговорил:
– Вы думаете, мы там золото нашли? Клянусь Аллахом, пещера оказалась пустой. Мы все осмотрели: ничего, ни одного хурджуна.
– Куда же оно делось? – спросил следователь, не веря бандиту.
– Сам хотел бы знать. Когда мы нашли пещеру, от радости чуть не заплакал. Наш род мечтал об этом дне шестьдесят лет.
На минуту оба погрузились в размышления об исчезнувших сокровищах. Затем Саид спросил:
– Ваши люди знали об истинной цели этого похода?
– Нет, не знали, потому что среди них есть и разбойники, и вообще, это не мои люди. Просто я обещал их командиру отдать четвертую часть найденного золота. Таков был уговор.
– Что сказали своим боевикам о цели этого опасного похода?
– Пришлось солгать. Они думают, что мы должны освободить тысячи наших братьев по вере, которые томятся в тюрьмах, и вместе с ними бежать в Афганистан.
– Итак, в пещере вы ничего не обнаружили?
– Да. Мы вошли туда с фонарями, и первая комната была пуста. Однако была еще надежда, что клад хранится в конце пещеры. Но и там чисто. От такой неудачи я готов был зареветь, как тигр, и порвать на себе рубаху, ведь мои надежды разом рухнули. От обиды даже присел на землю, схватившись за голову. Я ничего не мог понять: неужели карта врет и здесь нет никого клада? Успокоившись, мы вновь прошлись по пещере, заглядывая в каждую щель. Вот тогда-то мы случайно нашли проход в другую часть этой пещеры. Я обрадовался и сказал друзьям: «Может, золото спрятано там?» Надежда вернулась, и на душе стало легко. Я пролез в узкую щель, остальные – за мной. Мы прошли метров тридцать. В это время нас остановил мой помощник, которому я велел ждать нас снаружи. Дрожащим голосом он сообщил: «Мой командир, мы окружены советскими солдатами! От страха мы все забежали в пещеру. Они говорят нам сдаться. Что делать?» Я был ошеломлен, верилось с трудом. Я сам пошел к выходу и увидел: нет ни малейшей возможности вырваться из пещеры.
– Может, прорвемся с боем, все-таки Аллах с нами? – сказал кто-то.
Я отказался и покачал головой. Сдаваться не хотелось: нам говорили, что в ваших тюрьмах ужасные условия – страшнее ада, да и сроки большие. Тут я вспомнил о проходе в пещере, и в голову пришла мысль: может, там есть другой выход?
– Идемте все за мной! – крикнул я.