– Узнали, – улыбнулся мужчина. – Что ж, это приятно. Сергей Геннадьевич Вы не могли бы уделить нам минуту своего драгоценного времени? – Его тихая, сдобренная легкой хрипотцой старого курильщика, полная чувства собственного достоинства, речь заставила Громова не просто остановиться, но и более внимательно присмотреться к этому человеку. Ведь при первой их встрече ему было не до этого. Высокий лоб, упрямые складки у рта, острый, проницательный взгляд да же сквозь призмы толстых стекол, выдавали в нем умного, волевого человека с твердым характером, а обветренная, смугловатая кожа говорила о том, что он не кабинетный неженка. Мужчина представлял собой резкий контраст со стоящей рядом хрупкой, голубоглазой Татьяной, и все же у них было что-то неуловимо общее.
– Если Вы помните, меня зовут Александр Александрович, и я являюсь отцом, – мужчина повернул голову в сторону девушки, и в его голосе послышалось тепло, – Вашей бывшей пациентки – Татьяны. Надеюсь Вы её помните?
– Еще бы. Она была моей первой, и пока единственной больной. – Сам того не ожидая выпалил Сергей.
Взгляд мужчины словно рентген пронзил парня насквозь: – А вот об этом, если не возражаете, давайте поговорим по подробнее. Вы не очень устали? Нет. Тогда хочу предложить небольшую, пешую прогулку.
Поместив парня между собой и дочерью Александров закурил: – Сергей Геннадьевич мне бы хотелось услышать, что же все-таки произошло той ночью. Причем услышать все, включая мельчайшие подробности. Надеюсь Вы их помните?
Громов посмотрел на Таню. Девушка шла рядом низко опустив голову, и её темно-русые волосы ниспадали с плеч закрывая лицо. Интуитивно почувствовав, что этому человеку можно довериться, Сергей рассказал все и про Татьянино лечение, и про то, что было потом про сомнения, эксперименты, неудачи. В своем монологе он поведал про все то, что тяжким грузом лежало у него на душе. Мужчина слушал молча ни разу не перебив, и не задав ни одного вопроса. Лишь только одна сигарета сменяла другую в его твердых, натруженных пальцах. Только после того как Громов закончил Александр Александрович остановился.
– Вы уверены, что хотите понять, что же тогда произошло, и почему не получалось потом? – Он не отрываясь смотрел Сергею в глаза. Под его настойчивым взглядом Громов почувствовал всевозрастающий трепет, однако, проглотив подступающий к горлу ком, утвердительно кивнул.
– Подумайте хорошенько, молодой человек. Нужно ли Вам это.
– А как же! – Не скрывая удивления воскликнул Сергей. – Ведь если я научусь этим владеть, то смогу лечить людей, не причиняя им дополнительных страданий. А врачебные ошибки будут полностью исключены.
Аккуратно подстриженные усы Александрова дрогнули в чуть заметной улыбке. Он поправил очки кончиком среднего пальца, и отвел глаза в сторону
– Похвальное желание, но учтите, Сергей, что обладание этим, если можно так сказать, даром, доставит Вам массу проблем. – Мужчина снова испытывающе посмотрел на Громова. – Подумайте, крепко подумайте нужно ли Вам это.
Закурив очередную сигарету Александр Александрович двинулся дальше, оставив стоять по среди тротуара совершенно сбитого с толку врача. Пройдя несколько шагов, он обернулся: – Если не передумаете жду завтра у себя в любое удобное для Вас время. Танюша, объясни молодому человеку как нас найти.
Девушка кивнула, и её глаза заблестели от радости. Она достала из сумочки блокнот, быстро черкнула адрес, и оторвав листок вложила его в руку Сергея.
– Это на окраине. Там, ближе к лесу. Зеленый забор. Он один такой на всей улице, не перепутаете. – На словах добавила она, и с надеждой заглянула ему в глаза. – Вы придете?
Сердце Громова словно ошпарили кипятком. Оно затрепетало в груди так, что казалось вот, вот выскочит. Её пронзительно голубые озера буквально растворили его в себе, и он с огромным наслаждением погружался в них все глубже и глубже с единственным желанием не выныривать оттуда никогда.
– Обязательно. – Сухими от волнения губами прошептал Сергей.
Девушка, одарив его самой очаровательной улыбкой на земле вдруг отстранилась, и бросилась догонять медленно идущего по дорожке отца, а Громов еще долго стоял, не осознанно теребя в руке клочок бумаги.
Совершенно не задумываясь над данными ему предостережениями он уже на следующий день стоял у зеленого забора, и чуть волнуясь нажимал кнопку звонка.
– Не передумали? – Проворчал Александров, хотя чувствовалось, что он ждал прихода Сергея. – Что ж, в таком случае прошу в нашу «крепость».
Мужчина машинально поправил очки, и отступил в сторону пропуская во двор хирурга. Как только Громов переступил порог калитки к нему, из глубины ухоженного двора, бросились две огромные, страшные на вид собаки.
– Джек, Баркс знакомьтесь это Сергей Геннадьевич. Наш друг. Слушаться, и впускать его в любое время.
Услышав голос хозяина, псы завиляли хвостами, внимательно обнюхали вошедшего, и отошли в сторону.
– Теперь Вы можете входить сюда один, когда угодно, собаки даже не рыкнут.
– А что за порода? – Спросил Сергей, все еще подозрительно косясь на плетущихся следом псов.
