Но тут вдруг возникла неожиданная препона. Из двух машин – микроавтобуса и ГАЗ-З1 – высыпали какие-то люди. Их было человек десять или двенадцать… Четверо в штатском, остальные в камуфляже, в масках, при оружии, причем на их черных тужурках отсутствуют какие-либо опознавательные знаки и надписи.
– Майор держбезпеки Терещенко, – представился их старший, державший возле губ мегафон. – Всем выйти из машин! Старший охоронной команды… быстро ко мне!!
– Эт-то что еще за клоунада? – Венглинская скривила губы. – Захотелось после драки кулаками помахать? Ну-ну.
– Не умеют достойно проигрывать, – поддакнул ей Мокрушин. Вспомнив о полученном только что «сувенире», которой, между прочем, может рассматриваться и как «холодное оружие» и как «предмет истрической и культурной ценности», он встрепенулся. – А может, это… из-за «пычака», который мне подарили? Типа такая вот – «дешевая провокация»?!
– Ваш сувенир тут ни при чем, – Лариса поднесла к уху один из своих сотовых. – Семен, здравствуй, дорогой!.. Тут нас в Бельбеке местные эсбэушники тормознули! Да… да… не то, что не пропускают к самолету, но вообще требуют выйти из машин! Ага… так… хорошо, поняла… я тебя – тоже…
Сложив трубку, она сунула ее в дамскую сумочку.
К их джипу подошли двое мужчин в штатском, один из которых небрежно – костяшками пальцев – постучался в стекло со стороны водителя.
– Вам шо, по сто раз приказы повторять?! Всем выйти из машин! И приготовить документы… Зараз будэмо ваши личности устанавливать!!
– Пшел вон, дешевка! – процедила Венглинская. И добавила – уже своим. – Никому не выходить из машины… пусть только попробуют применить силу!
Вся эта форменная ерунда продолжалась еще минут сорок. Терещенко и его коллега попеременно то уговаривали пассажиров выйти из джипа, то принимались кому-то названивать по своим мобилам. Но потом, наверное, уже им кто-то прозвонил и дал новые ЦУ, потому что вся эта гоп-компания вдруг расселась в свои тачки… И уже спустя минуту их – и след простыл.
…В начале восьмого вечера ЯК-40 с тремя пассажирами на борту приземлился в заснеженной Москве. Но не в коммерческом Внуково-3, а по соседству, в «президентском» международном Внуково-2. Где Мокрушина, едва он успел сойти с трапа, сразу взяли в крутой оборот…
Двое американцев ненадолго заехали на квартиру к Мэллоуну, чтобы тот мог переодеться и оставить в встроенном сейфе документы (которые он обычно на такого рода мероприятия с собой никогда не брал). Джон, по обыкновению, захватил с собой лишь резервный бумажник, в котором хранятся водительские права – местного образца – и некоторая сумма наличных сотенными купюрами. Вот и все, помимо соответствующего «блата» и собственного желания, что требуется для посещения элитного борделя, в котором он намеревается скоротать вечерок и всю нынешнюю ночь…
Времени было уже около восьми вечера, когда джип, управляемый безотказным Мэтью, выбрался на «правительственную» трассу, по которой ежедневно мелькают туда-сюда президентские и кабминовские спецмашины с мигалками и транспортом сопровождения. Они проехали Ирпень, неподалеку от которого находятся резиденции многих известных на Украине личностей. Здесь же, в этой живописной местности расположены такие элитные поселки, как Конча-Заспа, где проживают сплошь местные «випы», и где, к слову сказать, «застрелился» небезызвестный генерал Кравченко, за несколько часов до запланированного визита в Генпрокуратуру Украины…
По правде говоря, близ Киева до сих пор не выстроено ни одного «элитного» места проживания, соответствовавшего бы полностью всем предьявляемым требованиям. По настоящему элитных закрытых зон с высокоразвитой инфраструктурой, с надежнейшей охраной и высоким качеством жизни нет ни на Бориспольской трассе, ведущей в крупнейший аэропорт Киева, ни в окрестностях одесского шоссе, ни в районе правительственных резиденций. В отличие, кстати, от той же Москвы, вокруг которой возникли целые зоны элитного жилья… Но у русских нуворишей, оседлавших нефтяные и газовые потоки, надо сказать, денег не в пример больше, нежели у их бедноватых украинских сородичей.
