За мое трехлетнее пребывание в Москве число частных машин в Советском Союзе выросло с 1,8 до 3 млн. (по сравнению примерно со 100 млн. в Америке). Но среднему заводскому рабочему, зарабатывающему около 140 рублей в месяц (187 долларов), частная машина недоступна до сих пор, потому что советская автомобильная промышленность предлагает четыре марки и восемь моделей машин, начиная от маленького "Запорожца-968” — микролитражки европейского типа мощностью 13 лошадиных сил и стоимостью 3500 рублей (4665 долларов) до пятиместной "Волги М-124”, напоминающей "Плимут” среднего размера и стоящей 9150 рублей (12200 долларов). Популярный "Жигуленок” стоит около 10 тыс. долларов. И при этом — никакого кредита, всю сумму нужно заплатить наличными. Русские друзья рассказывали мне, что если покупатель не относится к числу счастливчиков, попадающих в особые списки для привилегированных, ожидание заказанной машины может длиться от одного года до пяти лет. Один мой знакомый журналист, уже прождавший "Волгу” шесть лет, предсказывал: "Пока я ее получу, пройдет еще пять лет”. Правда, пустив в ход связи, он получил машину уже через несколько месяцев после нашего с ним разговора. А тому, кто ожидает своей машины в обычном порядке, когда, наконец, подходит его очередь по единому для всего города списку, не из чего особенно выбирать ни по цвету, ни по оснастке машины. Но это, кажется, никого не беспокоит. Русские рады и тому, что им достается.
Советский автомобильный век отличается и другими странностями, которые приводят иностранца в замешательство. Например, советские правила уличного движения почти всегда запрещают левый поворот, поэтому сначала вы должны проехать нужную вам улицу, сделать разрешенный разворот, а затем вернуться назад, причем участки, где разворот разрешен, встречаются не часто и находятся на значительном удалении Друг от друга. Бензоколонки работают по принципу самообслуживания, и ни один подросток не спешит к тебе, чтобы проверить масло или протереть ветровое стекло. На бензозаправочных станциях, расположенных на межгородских магистралях, вывешены объявления на нескольких языках, отбивающие охоту воспользоваться советским автомобильным сервисом. Я сам, как завороженный, остановился перед объявлением на английском языке, которое гласило: "Протирка переднего стекла — 15 коп.; протирка бокового стекла — 21 коп.; протирка заднего стекла, указателя поворота и стоп-сигнала — 15 коп.; проверка давления в шинах и их накачка — 15 коп. за одно колесо”. Еще одной особенностью автомобильного движения в России является обычай ездить ночью, даже на межгородских магистралях (ни одну из которых не назовешь автострадой в западном понимании этого слова), включив только подфарники. Поэтому вождение машины после наступления темноты оказывает воистину разрушающее действие на нервную систему. Бывали случаи, когда я чуть не врезался в большие, еле-еле освещенные грузовики или едва не наезжал на крестьян, идущих по обочинам дороги и еле заметных в своих темных ватниках. Не удивительно, что в Советском Союзе показатель несчастных случаев очень высок — гораздо выше, чем в Америке. Мне рассказали, правда, неофициально, но зато на основании вполне надежных источников, что в 1974 г. вследствие несчастных случаев на дорогах в Советском Союзе погибло около 45 тыс. человек, т. е. почти столько же, сколько в Америке, где общее число погибших составило 46200, т. е. в процентном выражении, если учесть общее число автомобилей в обеих странах, почти в десять раз больше.
