Русские суеверия полностью

Одна из распространенных народных версий сюжета о заклятом, «заключенном» бесе – рассказ о бесе Потаньке, который забирается в замешенную без благословения опару: «Баба как-то заводила опару и не говорила: „Господи благослови!“ Потанька-дьявол узнал это. 〈…〉 Он пришел да и сел в опару ее; она стала цедить опару да и здумала заградить ее крестом с молитвой: „Господи благослови!“» (перм.). В уральской сказке пустынник закрещивает мяукающего черта в умывальнике. Выпущенный из заточения черт является в ад: «Так и так, ваше сатанинское благородие! – липартует черт Сатане. – Тридцать-де лет сидел в темнице в рукомойнике!»

Образ беса (и сменившего беса черта) в народных воззрениях сугубо материален, сближен с образами персонажей низшей мифологии, но сохраняет ряд существенных черт, привнесенных Священным Писанием.

Одно из устойчиво «бесовских» свойств – стремление искушать человека, сбивая его с пути истинного. «Бес есть собственно искуситель, враг человека, производитель греха» (вятск.). Сильное «бесовское искушение» и в древней, и в средневековой Руси, и в России XIX в. – пьянство, «ужаснейший национальный порок»: «Вина напиться – бесу придаться». «Бесовским зельем» считали табак.

В книжных миниатюрах XVII в. «бес пьянства напоминал обрюзглого силена; бес обжорства протягивал свое свиное рыло; бес лихвы держал мешок с деньгами; блудный бес сладострастничал; бес гнева и ярости грозил дубьем и т. п.» 〈Буслаев, 1886〉. Бесы вводили в грех чревоугодия, блуда, сребролюбия, гнева, уныния, тщеславия, гордости.

В поверьях XIX – начала ХХ в. бес – «лукавого Сатаны ангел» – неотлучно сопутствует людям. «Стоя на молитве, стараются иметь ноги, а особенно пятки как можно плотнее одна к другой. Это для того, чтобы бес не проскочил между ног и не произвел какого-нибудь соблазна в уме и сердце» (нижегор.). «Что умоисступленный человек поступает под влиянием беса, народ в это твердо верит и таких оправдывает пословицей: „Бес попутал“» (новг.).

«Одержание бесом» вызывало болезни, сопровождающиеся истерическими припадками, судорогами: «при икоте сто бесов живот гложет», а в кликуш якобы вселяется бес, который «говорит» изнутри. Таких больных иногда называли «бесовниками». Из некоторых губерний России сообщали, что бесы, сидящие в кликушах, особенно охотно бранят священников.

Вхождение являвшихся носителями отнюдь не исключительно злых начал духов, божеств в людей (как и сожительство с ними) в дохристианских верованиях представлялось благотворным, даже необходимым. И хотя в интерпретации православия такое вхождение – явление крайне нежелательное, одержимых бесом кликуш наделяли пророческими способностями, ясновидением. «Когда после бурных проявлений припадка кликуша лежит без движения и как бы спит, бес выходит из нее, рыскает по свету и разузнает о выспрашиваемом» (пенз.); «некоторые калужане, напротив, решительно отвергают ясновидение кликуш, на том основании, что „лукавый не может говорить правды“» 〈Попов, 1903〉.

Так или иначе, но бесам присваивается ве́дение, превосходящее человеческое, однако уступающее Божию. Поэтому и необычайные знания у людей – «от бесов». Чаще всего они направлены во зло, а «сношения с бесами» (чертями) приводят к отречению от Христа. В XVII в. «холоп стольника Зыкова, Васька Татарин, показывал на допросе, что кабальный человек Мишка Свашевский „давал ему тетрадь в полдесть, а в ней писано отречение от Христа Бога“. Владелец тетради предупредил, „чтоб он взял ее к себе, а не чол, а буде он ее станет честь не знаючи, и от бесов-де ему не отговоритца“» 〈Черепнин, 1929〉.

Магия как специфическая отрасль знаний о духах и способах общения с ними существовала издревле, однако власть над демонами и умение изгонять их из одержимых сочли особенным даром христиан, которым Христос обещал: «Именем моим будут изгонять бесов». «Сначала дар изгнания демонов принадлежал каждому христианину, затем он перешел к особым лицам, известным под именем экзоркистов, или заклинателей. Со временем церковная должность экзоркиста совсем уничтожилась; теперь при крещении заклинание производится священником. Дар власти над демонами перешел исключительно к святым, которые в патериках и житиях занимаются изгнанием демонов из бесноватых» 〈Рязановский, 1915〉.

В поверьях русских крестьян властью над бесами наделены священники и святые (Иоанн Богослов, Никита Великомученик, Никита Переяславский, Николай Чудотворец), а также и колдуны. Колдуны, однако, зависимы от содействующих им бесов и по смерти попадают в полное их распоряжение.

В. И. Даль отмечал, что простой народ «всякое непонятное ему явление называет колдовством и бесовщиной» 〈Даль, 1880〉. Бесовством, бесовщиной именовались и «неистовство всякого рода, соблазнительные призраки, дьявольское навождение».