В конце концов это ему смертельно надоело. Будучи далеко не самым мощным телепатом, он всё же часто сталкивался с тем фактом, что кто-то обязательно уходил из его громадного кабинета раздраженным, хотя и пытался скрыть это. Такой принцип работы, когда намечалось сразу несколько вариантов решения какой-нибудь проблемы, после чего он, заставив разные команды отстаивать точку зрения в ходе телепатической дискуссии, имел огромные плюсы. На таких совещаниях Максим очень чётко видел, какая из команд уверена в успехе больше всех и какое решение при этом нравится всем остальным разработчикам. Если два этих фактора совпадали, он отдавал приказ двигаться именно этим путём и такое решение всегда оказывалось самым правильным. После этого объединялись усилия даже самых непримиримых противников и дело всегда спорилось. Таким образом принимались решения по всем вопросам без исключения.
Правда, из-за такого подхода к руководству без дела оставались все те немногие министерства и ведомства, которые были созданы в Новой России. Впрочем, если рассматривать их как коллективных секретарей и референтов, то без них президент Новой России просто зашился бы, а так всё было прекрасно и ещё никто не заявил, что его идею зря задвинули в угол. Наверное потому, что ей нашлось несколько иной применение. Всё было бы просто замечательно, но сам Максим Первенцев, у которого в штате насчитывалось сорок три секретаря, включая жену, и не было по сути ни одного заместителя или просто второго лица, по этому поводу не просто расстраивался, а жутко комплексовал. Несколько раз он пытался чуть ли не силой заставить министров проводить точно такие же совещания, но после того, как они заканчивались чуть ли не скандалом, вызывал спорщиков к себе в кабинет и через пятнадцать минут они уходили либо дорабатывать свои предложения, либо пожимали друг другу руки.
Такой метод руководства огромной страной он считал совершенно неприемлемым, но пока что именно он давал прекрасные результаты и ещё не было случая, чтобы решение какого-то вопроса затянулось больше, чем на месяц. В Новой России всё делалось с колёс, но при этом каждая мелочь оказывалась выверенной и отточенной до полного совершенства. Первое такое совещание состоялось на третий день после его возвращения из экспедиции и в Георгиевском зале тогда собралось порядка четырёхсот религиозных деятелей, разбитых на семнадцать команд. Едва поприветствовав Патриарха, митрополитов, имамов и раввинов, он сразу же предложил им общаться между собой телепатически и тут же начался мозговой штурм. Через каких-то сорок восемь минут Максим внёс предложение, чтобы священнослужители поработали над тремя варианта объединения своих усилий в области пастырской деятельности и предложил пообедать.
Ещё через две недели они собрались снова и теперь уже через семнадцать минут было принято решение фактически об объединении и слиянии всех тёх религий, хотя прямо об этом не было сказано. Перед вторым совещанием президент Новой России провёл около семидесяти встреч с членами "Комитета триста сорок" и все они были точно такими же продуктивными. Вот с того-то злосчастного февраля всё и началось. К Максиму Первенцеву потянулись буквально целые толпы ходоков, которые почему-то считали, что только он способен решить их вопрос. Как-то сама собой выработалась система принятия решений, в его команду вошли специалисты из самых различных областей и дело быстро двинулось вперёд. Весь второй год их работы прошел под знаменем максимального ускорения и при этом как-то так получалось, что его рабочий день длился всего восемь часов.
Всё остальное время Максим посвящал семье и особенно сыну, которого они назвали Николаем. Он постоянно призывал людей не зацикливаться на одной только работе и буквально требовал, чтобы они не только работали, но и отдыхали. Его призывы не находили отклика. Сверхурочные стали чуть ли не нормой, а очень многие люди сами перешли на шестидневную рабочую неделю вместо пятидневки. Трудовой энтузиазм охватил всех, особенно тех людей, которые работали в горнодобывающей и металлургической отраслях. Они хотя и не стали работать больше, но погрузились в учёбу, чтобы освоить профессии космических шахтёров и металлургов. Максим прекрасно понимал их, но поскольку рождаемость резко увеличилась, был вынужден помалкивать. Правда, неделю назад он заявил, что намерен сложить с себя полномочия президента и его тотчас отправили в отпуск: