— Думаю, что очень далеко. Рукав Ориона имеет в ширину около четырёх тысяч световых лет, а в длину все двенадцать, но скорее всего всё-таки больше двадцати. Наше Солнце расположено почти в середине, но если лететь в сторону Везена, то в том направлении Рукав Ориона входит в Рукав Стрельца. Мне кажется, что именно там русские хотят найти ту планету, которая станет их новой родиной.
Линда, переодеваясь в специальный защитный космокомбинезон, снова вздохнула и с горечью в голосе сказала:
— Зря они решили так поступить. Им нужно было просто занять в отношении всего остального мира более жесткую позицию.
— Ты ведь знаешь, что насильно мил не будешь, — возразил своей ассистентке Гарри, — а потому они правильно делают. Это ведь будет не колонизация планеты землянами, а полный исход русских и очень многих других европейских народов с Земли. Русских людей очень долго давили, нещадно унижали и уничтожали, как когда-то индейцев, вот они и взбунтовались, но это совсем не тот бунт, каких было немало в истории. Тут произошло нечто иное. Против столетий несправедливости взбунтовалась сама природа и русские стали псиониками и уже только поэтому они для Человечества отрезанный ломоть.
— Ничего подобного, — сказала Линда, — во-первых, псионические способности у людей появились благодаря экспериментам профессора Орлова, а, во-вторых, инъекция экспандминда делает псиониками не одних только русских. Загляни в списки студентов МИТа и ты убедишься, что почти треть наших студентов псионики. Да, что там говорить, у тебя в группе их почти половина.
Теперь горестно вздохнул уже профессор Нивен:
— И все они разбираются в астрофизике намного лучше меня, но что меня бесит больше всего, это то, с какой скоростью они выкачивают из меня знания. Ещё вчера некоторые из них были самыми настоящими дикарями, а сегодня они практически лауреаты Нобелевской премии в области физики. Хотелось бы мне знать, что будет с ними завтра, Линда? Не сочтут ли они нас балластом?
Ассистентка в ответ на это усмехнулась:
— Не волнуйся, не сочтут. Все псионики уже сейчас разобраны корпорациями и получают от них громадные стипендии. Правда, они, в отличие от многих других молодых американцев, не стремятся покупать лимузины и роскошные виллы. В том, что они выкачивают из нас знания пользуясь телепатией, я не вижу ничего плохого, Гарри. В их глазах я не вижу ничего, кроме восхищения тобой, профессор. По-моему, кроме науки их не интересует больше ничто, как и тебя.
Профессор, застёгивая светло-серый космокомбинезон с гербом США на правой стороне груди и звёздно-полосатым флагом на спине, громко и раскатисто расхохотался, прижимая к себе ассистентку:
— Почему же? Меня также интересует ещё баскетбол и ты.
Рост Гарри Нивена был всего на сантиметр меньше двух метров и потому он когда-то ушел из команды "Бостон Селтикс", за которую выступал два сезона. Ему попросту не хватало роста, чтобы стать отличным центровым, но даже в этот полёт Гарри взял зелёные майку и трусы, как и полагается одеваться на выезде. Впрочем, белую майку и трусы с зелённой каймой, листом клевера и номером тридцать четыре он тоже взял с собой, как и дюжину баскетбольных мячей. Девушка легонько стукнула профессора кулачком по плечу:
— Старый, похотливый мерзавец, меня ты ставишь после науки и баскетбола на третье место. Ты готов, Гарри?
Сменив нарядную земную одежду на космокомбинезоны, профессор Нивен и его ассистентка первым делом поприветствовали с кафедры своих студентов и, проведя очередное занятие, отправились в огромную кают-компанию, в которой собрались все члены экспедиции кроме пилотов и штурманов космического корабля. Хотя он и был огромным, на вахту заступало всего четыре человека. Там они торжественно отметили начало экспедиции. "Адмирал Крузенштерн", развивая огромную скорость, летел с постоянным ускорением к Солнцу, что больше всего радовало астрофизиков. Полёт в Солнечной системе должен был продлиться пятнадцать суток и в самом его конце им предстояло пролететь всего в трёх миллионах километрах от звезды. Потом "Крузенштерн" войдёт в подпространство и, двигаясь со скоростью не менее двухсот пятидесяти световых лет, через тридцать шесть с половиной суток окажется вблизи Табита.