Все вместе они были готовы решать задачи любой сложности, не перекладывая их на чьи-то плечи. О чём не спроси, каждый человек был готов добровольно шагнуть вперёд первым и уже потом интересоваться, что нужно сделать. Долгие годы подготовки к полёту приучили всех к мысли, что дело прежде всего и что важнее той цели, которая была поставлена перед ними самой жизнью, нет ничего. Люди влюблялись, женились, решали какие-то личные вопросы, но при этом осознавали, как резко они и их образ жизни отличаются от всего того, чем живут их соседи по планете. Общение с телепатами и теми людьми, кто чуть ли не со стопроцентной надёжностью угадывал чужие мысли, волей неволей налагало на всех обязанность следить за чистотой своих собственных мыслей. Довольно часто для того, чтобы не выслушивать возмущённую отповедь. Честность сделалась нормой жизни уже только потому, что соврать было просто невозможно, ведь если ты соврал, то после этого из твоей головы долго звучало эхо твоего, пусть даже и совсем невинного, вранья.
Отношения между мужчинами и женщинами всех возрастов сделались намного чище, романтичнее и возвышеннее. По другому было просто невозможно найти себе спутницу или спутника жизни, ведь у всех были друзья телепаты, а сказать правду о том, что на самом деле думает о другом парень или девушка, вовсе не считалось зазорным. Тут куда проще быть откровенным. Так, под воздействием телепатии и телепатической интуиции выкристаллизовывался новый тип человека и этого никогда бы не произошло, если бы среди православийцев уже не насчитывалось сорок два процента телепатов разной степени мощности и двадцать семь процентов угадывающих мысли телепатических интуитов, для которых закрывать свои "текущие" мысли давно уже стало моветоном. Точно такое же сообщество людей сложилось и на звездолёте "Адмирал Крузенштерн" с той лишь разницей, что на нём девяносто семь процентов экипажа были телепатами.
Поэтому Никите Новикову, сидевшему в кресле перед большим обзорным экраном корабля в главной астрофизической обсерватории не было нужды говорить что-либо своим коллегам. Он просто сидел и думал: — "Нет, эта планетная система не может быть пустышкой. Желто-белый карлик, но его температура не превышает шести тысячи двухсот градусов по Кельвину. В два и тридесятых раза больше Солнца в диаметре и тяжелее него в два и девять десятых раза. Планетная система состоит минимум из семнадцати планет, но скорее всего их всё-таки больше, двадцать одна или даже двадцать две. Четвёртая, а возможно, что и пятая планета имеет мощную кислородную атмосферу, в которой имеется много водяных паров. Кислорода, похоже, немного меньше, чем в земной атмосфере, но это как раз и к лучшему. При вдвое большем давлении на уровне море будет дышать даже легче, чем на Земле. Планета больше Земли почти в полтора раза, но судя по всему её удельная плотность меньше и сила тяжести на ней будет всего процентов на тридцать больше. Это не страшно. Кто-кто, а мы к этому сможем привыкнуть. Мы же "вырастили" себе за время полётов в подпространстве космическую кожу. Точнее она у нас сама стала такой. Поэтому привыкнем и к повышенной силе тяжести. Хотя планету едва видно, альбедо у неё такое же, как и у Земли. Судя по всему она наполовину синяя, наполовину зелёная, а полярные шапки у неё процентов на двадцать пять меньше, чем на Земле. Про орбиту ничего нельзя сказать, но скорее всего она всё-таки ближе к круговой, а вот наклон оси у неё меньше земного значения, что очень радует. При атмосфере такой плотности ветра на ней дуют сильные, но они точно не будут сильнее, чем на Земле. Нет, ошибки быть не может, это она, наша Православия. Что скажете, други мои? Я прав или нет?