Настал четверг, когда отряд конников под руководством Вавулы выехал к западному перелазу. Река здесь была широкой, но мелкой, со слабым течением. Глубина была только на середине и в омутах. Конный отряд смог свободно переправиться через реку. Западнее лес подходил к Оке почти вплотную, оставляя лишь песчаную полосу шириной саженей в десять.
Вавула осмотрелся.
— В лесу засеки поставить можно, насыпать вал, срубить деревья и уложить кронами вверх, сбив верхние ветки, чтобы не мешали стрелять из-за вала.
Коваль проговорил:
— Того мало будет. Попрет хазарин, долго из лесу не постреляешь. Да и засеку обойти можно. Тут надо что-то хитрое устроить.
Вавула посмотрел на товарища, соскочил с коня, начал раздеваться.
— Ты чего? — спросил Коваль.
— Дно посмотрю.
— Да чего его смотреть? Мелко тут, песок.
Но приятель уже вошел в воду. Прошел сажени три, вода дошла ему до груди, чуть дальше — до плеча и так довольно далеко.
Вавула вернулся, сел на траву, натягивая штаны. Мужики покуда отдыхали на елани в лесу, только Коваль бродил по берегу рядом.
— Ну и чего? — спросил он.
— Задумка одна есть, Сидор.
— Какая задумка?
— Кочевники с конями плывут рядом, так?
— Ну.
— А что будет, если вдруг у берега кони налетят на подводные заграды и повредят себе ноги?
Коваль взглянул на товарища:
— Откуда здесь заграды? Тут и коряг-то нету.
— А если бы были?
— Ну, если бы были, то сумятица вышла бы большая. Поранились кони, рванули бы кто куда, а с пропоротым брюхом — прямо на дно или дальше по течению.
— Верно. Задние хазары налетели бы на передних, прошли бы сквозь них и — такая же история.
— Погодь, Вавула, о чем ты?
— Мыслю срезать берез не особо тонких, но и не толстых, сделать молот деревянный, да плот связать небольшой. Из берез наделать кольев сажени в две да забить их наклонно под водой, так, чтобы видно не было. Топорами заострить. И набить их плотно от берега до места, где первый омут, это саженях в двадцати. Нужно набить и по ширине так же.
Коваль усмехнулся:
— А неплоха задумка-то. Хазары переправляться начнут и у берега налетят на заостренные колья. Повредятся более кони, но они утянут под воду и плывущих рядом всадников. Будет знатная куча-мала.
Вавула добавил:
— А еще и стрелки наши из кустов ударят стрелами по барахтающимся в воде кочевникам. Те развернутся, ринутся обратно, не раздумывая, что случилось, но ведая, что перелаз закрыт.
— Все одно прорвутся. Плоты свяжут, впереди пустят, поломают колья или стороной обойдут.
Сын Дедила кивнул:
— Верно гутаришь — скорей стороной пойдут на плотах, только при первой переправе и людей, и коней угробят много. А перелаз хочешь не хочешь, а надолго не прикрыть.
— Ну то можно сделать, мужиков хватает, деревьев полно.
— Еще я мыслю, Сидор, треба других засад устроить множество.
— Каких засад? Ну, в лесу еще засеку поставить, а то и не одну, это — да, но какие другие-то засады?
— Волчьи ямы. Переправятся хазары, наткнутся на засеки, пойдут по песчаному берегу и дале, по полю, что от леса недалече. В чащобу соваться не будут, если только дозоры вышлют, а мы им на берегу ямы нароем, песок рыть легко, внизу так же заостренные столбы поставим, а сверху жерди плотные да хрупкие, дабы и конный и пеший провалились. Жерди песком засыплем. И ямы те выроем в разных местах. Намаются кочевники в таких западнях. Глядишь, и главный их загремит в яму. До городища дойдет орава потрепанная. А главное, хазары задумаются, что ждет их у крепости, раз уж на реке да в поле такие заграды поставлены.
— Лады. Со старейшинами совет держать будешь?
— А на что? Нам поручено прикрыть перелазы, мы то и сделаем.
— Ну что ж, начальствуй, Вавула.
Сын Дедила объявил мужикам сбор.
Те, оставив коней стреноженными на елани, вышли на берег с топорами, рогатинами да острогами.
Посылать человека в городище все же пришлось — ремней для связки плотов не взяли. Вавула отправил самого малого из своего рода. Остальным объяснил, что затеял.
Мужики слушали, ухмылялись, переглядывались, поглаживали бороды.
— А ты, Вавула, хитер на выдумку.
— А как же иначе? Значит, уразумели? Поначалу делаем подводную заграду, а покуда надо молот соорудить да готовить колья. Рубить в две сажени шириной не менее пяди на вершине, снизу две пяди. Копья снизу заострять на суше, дабы забивать было легче. Верх в воде, после того как забьете, иначе поломаете острия. Делать десятка четыре таких кольев. На то день сегодняшний. Трапеза — как солнце пойдет от зенита на закат.
Мужики принялись за работу, для них привычную. Уж чего-чего, а деревьев они порубили на своем веку немало. Топоры были не у всех, работали по очереди, освободившиеся от рубки собирали ветки и кору, складывали в кустах на опушке.
Коваль смотрел за противоположным берегом. Там никого не было.
Гонец привез ремней сыромятных. К вечеру колья были готовы, сделали молот, плот вязали уже в сумерках. После потрапезничали тем, что взяли с собой, завалились спать под деревья.
Сын Дедила и Коваль пошли на песок, к реке. Ветра не было, вода как зеркало, только рябь — большая рыба играет.
Вавула спросил:
— Когда свадьбу вашу с Аленой гулять будем?
