Барр заинтересовался русской иконой и усмотрел преемственность иконописи в творчестве Григорьева, Судейкина и др. На выставке молодых художников обоим искусствоведам приглянулись работы Бориса Закса, и они купили несколько. Любопытна судьба этого человека. Борис Закс (1908–1998) работал художником в книгоиздательствах и газетах и быстро перешел на редакторскую работу, со временем он стал ответственным секретарем редакции «Нового мира» в славные годы этого журнала, с 1958 по 1966 год, когда его возглавлял Твардовский, когда там напечатали Солженицына. Выйдя на пенсию, Закс присоединился к диссидентскому движению, в 1979 году эмигрировал в США, сотрудничал с радио «Свобода».
Пожалуй, больший интерес, нежели советский авангард, вызвали у Барра и Эбботта бывшие (национализированные) частные собрания – коллекции Щукина и Морозова, называвшиеся соответственно Первым и Вторым музеями нового западного искусства, а также Остроухова, с которым они познакомились и обменивались редкими изданиями. В свой дневник Эбботт записал полный перечень работ импрессионистов и постимпрессионистов из этих собраний. Как известно, вскоре советское правительство, испытывая нужду в валюте, необходимой в годы первой пятилетки для приобретения индустриального оборудования, начало продавать музейные ценности, прежде всего, за океан. Быть может, Барр и Эбботт консультировали своих меценатов по вопросам покупки произведений у СССР.
Не вызвала у молодых искусствоведов восхищения конструктивистская архитектура, хотя им довелось поговорить с Гинзбургом и Буровым.
Барр и Эбботт (особенно второй) выказали себя кинолюбителями и театралами, причем Барр отдавал предпочтение кинематографу, а его товарищ – театру. На обоих произвел впечатление Эйзенштейн – как личность и как художник. Оба так же высоко оценили фильмы Пудовкина, не только художественные, но и документальный о деятельности мозга. На театральных подмостках Барр отдавал предпочтение реалистическим спектаклям МХТ, а Эбботт – музыкальным постановкам Еврейского театра; у Таирова им категорически не понравилась «Любовь под вязами» и понравилась «Антигона». Разумеется, друзья неоднократно ходили на спектакли Театра им. Мейерхольда, а среди актеров восхищение вызвали работы Михаила Чехова. Кажется, единственный положительный отклик на инсценировку «Петербурга» Андрея Белого дал в своем дневнике как раз Дж. Эбботт.
Таким образом, пытливые путешественники-искусствоведы имели возможность видеть советское общество прямо перед крутым поворотом его развития. Прошло без малого сто лет, и вы – читатели этой книги – имеете редкий шанс переместиться, словно в машине времени, в Москву эпохи НЭПа вместе с талантливыми и симпатичными людьми – Альфредом Барром и Джери Эбботтом.
Константин Львов