Если соратником по внешнеполитическому будущему для РФ не является нынешняя Европа, то необходима многовекторность многополярного мирового устройства.
Гегемония в любых формах несет в себе потенциальную угрозу, «Право сильного» в современном мире может быть оспорено только силой. Поэтому двухполюсность периода холодной войны снова ведет к гегемонии. Теоретически треугольник устойчивее прямой с чашами весов на ее окончаниях. Уравновешивающими амбиции друг друга, потенциальными векторами международной политики могут быть США, Китай, Индия, ЕС и интегрированный мусульманский мир.
Международники на Западе, как правило, ищут истоки возникновения концепции многополярности в наблюдавшемся в середине 1970-х годов, стремительном подъеме экономики Западной Европы и Японии, американском поражении во Вьетнаме, в энергетическом кризисе 1973–1974 годов и других тенденциях, не укладывавшихся в жесткие рамки биполярного мира, мировой политики. Представление о приближающейся, если не об уже наступившей многополярности, также отражало создание в 1973 году Трехсторонней комиссии, призванной искать новый формат отношений между Северной Америкой, Западной Европой и Восточной Азией.
У китайцев есть свой, сложившийся в начале 1990-х годов и восходящий к теоретическому наследию Мао Цзэдуна вариант многополярности (кит. доцзихуа
Концепция многополярности является интеллектуальным продуктом XX века. За прошедшие со времени ее выдвижения десятилетия многополярность должна была бы проделать эволюцию от гипотезы до полноценной теории и стать основой нового миропорядка, обладающего своими нормами, институтами и процедурами. Однако что-то пошло не так, как прогнозировалось.
В РФ начало перехода к многополярности было обозначено в 1996 году тогдашним министром иностранных дел Евгением Примаковым как одна из основных тенденций развития современной международной жизни. В ходе своего визита в Дели в конце 1998 года он уже в качестве премьер-министра РФ представил план развития трехстороннего сотрудничества в формате России, Китая и Индии (РИК) в качестве механизма продвижения глобальной многополярности на практике.
Желательной моделью миропорядка является многополярный мир, однако в данное время непреодоленным остается «однополярный момент».
Исторический опыт последних столетий не содержит примеров постепенного, растянутого во времени процесса смены старого миропорядка новым. В 1815, 1919 и 1945 годах она осуществлялась не эволюционно, а революционно, силовыми методами и была связана с предшествующими масштабными вооруженными конфликтами. Новый мировой порядок строился победителями и в их интересах.
Если переход к многополярному миру станет длительным процессом, то человечество вынуждено будет долго пребывать в серой зоне между старым и новым миропорядком, подвергаясь различным сильным рискам.
Можно только прогнозировать суть новых правил игры и принципов функционирования международной системы, конфликты между формирующимися полюсами, возможные расколы целостностей на отдельные фрагменты и самозамыкание частей в своих региональных или континентальных подсистемах.
В направлении многополярности мир движется медленно, непоследовательно и рывками. Евросоюз сегодня не является полноценным и независимым глобальным коллективным полюсом. К такому статусу за последнее десятилетие не приблизились Африка, Ближний Восток и Латинская Америка.
