Вот некоторые отрывки из заявки: «Как известно, согласно последним данным физики, в достаточно больших количествах урана (именно в том случае, когда размеры уранового блока значительно больше свободного пробега в нем нейтронов) может произойти взрыв колоссальной разрушительной силы. Это связано с чрезвычайно большой скоростью развития в уране цепной реакции распада его ядер и с громадным количеством выделяющейся при этом энергии (она в миллион раз больше энергии, выделяющейся при химических реакциях обычных взрывов)… <…> В качестве примера осуществления такого принципа может служить следующая конструкция. Урановая бомба может представлять собой сферу, разделенную внутри на пирамидальные сектора, вершинами для которых служит центр сферы и основаниями – ее поверхность. Эти сектора-камеры могут вмещать в себе количество урана, только немногим меньше критического. Стенки камер должны быть полыми и содержать воду либо какое-нибудь другое водосодержащее вещество (например, парафин и т. д.). Поверхность стенок должна быть покрыта взрывчатым веществом, содержащим кадмий, ртуть или бор, т. е. элементы, сильно поглощающие замедленные водяным слоем нейтроны (например, ацетиленит кадмия). Наличие этих веществ даже в небольшом количестве вместе с водяным слоем сделает совершенно невозможным проникновение нейтронов из одних камер в другие и возникновение вследствие этого цепной реакции в сфере. В желаемый момент при помощи какого-нибудь механизма в центре сферы может быть произведен взрыв промежуточных слоев…»
Харьковские ученые первыми предложили использовать взрывчатку в качестве запала для достижения критической массы и создания цепной реакции. Особо отметим, что впоследствии во всех ядерных бомбах детонация осуществлялась именно таким образом. В том же документе были предположены и последствия удара от атомной бомбы – отравления радиоактивными веществами.
Заявка прошла нелегкий бюрократический путь – отдел изобретательства в Управлении военно-химической защиты НКО, Научно-исследовательский химический институт РККА и Радиевый институт АН СССР. В последней инстанции академик В.Г. Хлопин, один из основоположников советской радиохимии и радиевой промышленности, получивший первые отечественные препараты радия в 1921 г., полностью отверг идею, опережающую время, написав: «Заявка не имеет под собой реального основания, идея атомной бомбы фантастична».
Однако настойчивый В. Маслов не принял отказа и отправил личное письмо наркому обороны СССР маршалу С.К. Тимошенко: «Чисто научная сторона вопроса сейчас находится в такой стадии, что позволяет перейти к форсированному проведению работ в направлении практического использования энергии урана. Для этой цели мне представляется крайне необходимым как можно быстрее создать в одном из институтов лабораторию специально для урановых работ. Это дало бы нам возможность проводить исследования в постоянном контакте с наиболее квалифицированными техниками, химиками, физиками и военными специалистами нашей страны. Особенно для нас необходимо сотрудничество с высококвалифицированными конструкторами и химиками». В ответ на предложение ученого пришла резолюция неизвестного эксперта: «Не подтверждается экспериментальными данными». Это было правдой – таких экспериментов на тот момент человечество в самом деле еще не ставило. Подтверждение экспериментальными данными произошло, но через шесть лет и американцами, что и подтолкнуло наших оборонщиков вновь взяться за «давно забытое старое», увы, с опозданием.
На неизменно дискутирующийся вопрос, кто же все-таки является изобретателем атомной бомбы, существует конкретный, формально подтвержденный ответ. В 1940 г. именно эти ученые Харькова официально получили авторские свидетельства на открытия в этой области: руководитель лаборатории ударных напряжений Украинского физико-технического института УФТИ Ф. Ланге и научные сотрудники института В. Шпинель и В. Маслов.
Как соединены были научные школы, университетско-исследовательские связи, судьбы ученых в Российской империи и потом в СССР! Распад Союза и существенное разрушение этих связей, несомненно, принесли огромный вред как научному сообществу большого Отечества, так и всему социуму и удовлетворение нашим врагам.
Касается это и экспериментальной науки, в которой нам было и есть чем гордиться. В СССР экспериментальной физике уделялось особое внимание – были открыты десятки институтов, подаривших миру поразительные достижения и уникальные методики.
В наши дни знаменитый УФТИ называется Национальным научным центром «Харьковский физико-технический институт». В нем до недавнего времени проходили исследования и эксперименты, а обогащенный уран был вывезен с территории института только в 2010 г.
Институт сотрудничал и проводил совместные исследования с Объединенным институтом ядерных исследований в Дубне (РФ), Международным агентством по атомной энергии, Европейским центром ядерных исследований и другими.
