Но вот и писательский глас дня сегодняшнего. «Великий и ужасный» евроинтегратор, подаваемый в СМИ как чуть ли не самый публикуемый в Европе современный прозаик Украины Андрей Курков, насквозь оранжевый, даром что пишущий на русском языке, давно уверяет: «Так уж случилось исторически, что Западная Украина тащит страну в новое, более нормальное состояние. Ей удалось сдвинуть с места центральные области, но Восток оказался пока неподъемным. Наверное, из-за тяжелой индустрии и тяжелого индустриального прошлого. Чисто геополитически Украина делится на Правую Украину и Левую Украину».
«Свистнуто изрядно», как говорил известный булгаковский персонаж. Клубящаяся мысль властителя дум, так сказать. В части тяжелой индустрии. Но чего ещё ожидать от «легкой неиндустрии» гуманитария? Особенно «доставляет» сужденьице, что «Западная Украина тащит страну в новое, более нормальное состояние». Мы уже видим воочью сие «более нормальное состояние».
На мой взгляд, адекватно оппонировала пану Куркову реплика в соцсетях Тамары Вишневской: «Приехала как-то в один из городов Западной Украины. Красивая природа, горы, бурные реки – ну, Рай на земле! Слышу – отборный мат. Это дети от пяти до девяти лет так разговаривают между собой. Обратилась к ним со словом морали. А они меня далеко, далеко послали. Обращаюсь к родителям: – А, вы знаете, что ваши дети ругаются матом? – родители смеются и отвечают на принятом у них «языке». И, чем культурнее с ними разговаривала, тем изощренней был их мат. Когда поняла, что делается это назло мне, заговорила на языке, им понятном, матерном. Слушали с восторгом, после этого стали со мной дружить, уважать, и единственную не называли «моцкалькой». Когда удочерила шестимесячную девочку-сироту, от которой отказалась в роддоме мать, в адрес ребенка слышала много оскорбительных слов. Но когда одна мать-кукушка назвала мою дочь мадьярским выб…ком и пожелала смерти – я отметелила ее так, что та убегала от меня каждый раз, когда видела. Позже пришла ко мне на примирение. К чему я это все написала? Сейчас мы имеем дело с людьми, которые в культурном с ними обращении усматривают слабость. И чем больше мы стараемся быть с ними обходительными и корректными, тем наглее они становятся. Уверена: с разнуздавшимися неонацистами можно разговаривать только с позиции силы. Пока власть с ними либеральничает, эта зараза расползается по всей территории Украины. Покуда их основной костяк находится в Киеве, нужно обезвреживать».
Между прочим, это и ответ женщины, матери на вопль про «язык блатняка и попсы», изданный оранжевыми украинскими литераторами в 2004 г., в период поддержки ими кандидата в президенты Ющенко (позднее самозванца, нелегитимно занявшего президентское кресло) и первоначальной ненависти к кандидату Януковичу.
Заметим: это женщина говорит о «синдроме давно не битой морды» у распоясавшихся неонацистов, навязывающих свою пещерно-схроновую, подлую униатскую галицийскую «мораль» всей стране.
Метастазы стремятся поразить весь организм, уже утративший иммунитет.
Русская культура для них «чужинна», зачем им знать о том, что русская литература XIX в. названа лауреатом Нобелевской премии (упоминаю премию исключительно для «европейцев») Т. Манном «святой»; и это лишь одно из сонма европейских свидетельств. Как сказал еще один нобелиат, И. Бродский, «Но хохлам не надо»! (Стихотворение «На независимость Украины», впервые публично было прочитано автором в 1994 г.)
Их литераторы, раздающие себе Национальную Шевченковскую премию, играют в китайский театр: повернувшись спиной к России, они убеждают себя, что России теперь вроде и нет вовсе, они стараются забыть о ней. И тогда «сам себе казался я таким же клёном», и тогда я, «здаеться», пысьмэнник, а не
