Тех, кому посчастливилось попасть в британский или американский плен, использовали для расчистки развалин в городах, ремонта дорог. Но вскоре последовало тайное указание Черчилля, что немецкие солдаты могут пригодиться против русских. Им улучшили содержание, переодели в британскую форму, возобновили военные занятия. Примерно то же было в американской зоне оккупации. Уже вскоре после победы пленных начали распускать по домам. На их основе принялись восстанавливать полицию, армейские структуры Западной Германии…
Зато как же смотрели на русских солдат — и в Германии, и по всей Европе! Нет, совсем не так, как на американцев или англичан. Впоследствии это оказалось погребено под нагромождениями грязных сплетен. Но ведь смотрели с колоссальным уважением! Как на эпических героев. Как на воинов не от мира сего. Они сделали невозможное! А сами наши воины за годы войны очень заметно изменились. Взгляните на фотографии 41-го. Лица напряженные, поникшие. В глазах тоска и растерянность. Их жаль. Они — жертвы… Но взгляните на лица 45-го! Бравые, бодрые, уверенные в себе. Мало того — одухотворенные! Победу добывали уже не те солдаты, которые начинали войну. Победителями стали те, кто приходил на место погибших. Но и уцелевшие преображались внутренне, тоже становились другими.
Преобразилась и вся наша страна. Война стала для России карой за те гадости, в которые наш народ окунулся в ходе революции. Но она же стала и покаянием. А покаяние и очищение делают сильнее! Невероятно? Чудо? Но дело обстояло именно так! Россия начинала войну довольно отсталым государством «второго сорта», а выходила из испытаний могучей мировой сверхдержавой!
Ну а символически завершить войну с Германией было решено Парадом Победы. Его наметили устроить в Берлине, договорились с англичанами и американцами. Нет, союзники еще раз покрутили хвостами. Маршировать по городу, который брали русские, им не захотелось. В последний момент отказались. Хотя все это тоже получилось символично. На параде в поверженной вражеской столице прошагали только русские части, и сам он превратился в малозначительное событие. Главный Парад Победы оказался один — 24 июня в Москве, на Красной площади.
И опять он пришелся на один из величайших христианских праздников — на День Святой Троицы! В православной традиции это день торжества жизни. Храмы нарядно украшаются пышной зеленью березок, благоухают скошенной травой. Верующие на коленях читают особые молитвы о ниспослании Святого Духа. Вряд ли Сталин назначил дату парада случайно, церковный календарь он хорошо знал. В храмах снова звонили праздничные колокола — а по Красной площади на великолепных лошадях гарцевали наши военачальники. Рокоссовский командовал парадом, Жуков принимал. Возносились молитвы в честь Святой Троицы, и в это же время величественно шагали сводные полки от всех советских фронтов и военно-морского флота. А над Москвой, над колоннами победителей, над массами празднично одетых людей раскинулось ясное, яркое и мирное небо. Будто купол огромного храма Святой Троицы, даровавшей эту победу. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа…
После войны прошло не так уж много времени, и Запад завопил о сталинском завоевании Восточной Европы, о коммунистической экспансии, «русских зверствах». Хотя клевета опровергается просто. Сферы влияния в Европе делились по согласованию с союзниками (например, Черчилль сам подсунул Сталину соответствующее соглашение). И если взглянуть не на домыслы, а на факты, то в государствах, освобожденных советской армией, возникло лишь одно коммунистическое правительство — в Югославии, где коммунисты возглавляли борьбу с оккупантами. В Болгарии, Польше, Румынии, Венгрии, Чехословакии, Восточной Германии создавались коалиционные правительства на основе буржуазных партий в союзе с коммунистами. Изменилась ситуация только в 1947–1948 годах! Когда началась «холодная война», Америка и Англия сколачивали антисоветский блок, и Москва ответила аналогично — формируя собственный лагерь. Компартии Восточной Европы начали оттеснять от власти другие партии, провозглашать социалистическую ориентацию.
Что касается зверств, то западные исследователи и их российские прихлебатели откровенно позаимствовали материалы у доктора Геббельса. Впрочем, и он пользовался чужими байками. Запугивание немцев «русскими ордами» началось еще в XVI веке, когда Иван Грозный пытался отвоевать Прибалтику. Те же байки реанимировались во времена Петра I, Семилетней войны, Наполеоновских войн, Первой мировой. Дескать, русские режут всех подряд, казаки порют нагайками, едят детей. А женщин поголовно насилуют вплоть до старух. И ведь верили! В Первую мировую в прусском городе Омулефоффене дама бросилась перед казаками на землю, со слезами о чем-то умоляла. Они не понимали, но мимо шел офицер и перевел — немка просит не кушать ее ребенка. Если нужно, пускай лучше съедят ее. Ошалелые казаки перекрестились и шарахнулись прочь.
