Брок отодвинул Машу в сторону, ухватил Максима за ворот рубашки и грубо откинул на ближайшее дерево. Послышался треск рвущейся материи, а потом сдавленный стон.
Маша начала уговаривать:
– Пожалуйста, пойдем домой! Не надо его бить. Это наш водитель, он болен, наверно, или… пьян.
– Зачем он трогал тебя?
– Не подходи к нему! Ты же покалечишь!
– Пожалела, да? Ты с ним ходишь встречаться каждый день?
Маша дернулась в сторону, онемев от подобных обвинения.
– Да ты что? Я ведь живу с тобой. Брок, пожалуйста, пойдем домой! Савельев хотел только поговорить, а я торопилась, вот он и пытался меня задержать.
– Чего ему от тебя надо?
Она даже не успела ответить, потому что Максим с тихим, противным смехом начал кататься по траве, держа себя за голову.
– Семейные разборки! У-ху-у… Домашний питомец отбился от рук. На хозяйку рычит.
Ощутив, как напряглись мышцы на плече Брока, испуганная Маша обхватила его обеими руками за талию:
– Не слушай! Он специально тебя провоцирует! Хочет, чтобы ты разозлился. Псих несчастный… Пусть Коротков сам разбирается.
Савельев вдруг примирительно поднял руки:
– Все, я сдаюсь! Все… Через неделю заканчивается мой контракт и меня здесь не будет.
Он вдруг завыл в голос, выгибаясь всем телом, будто на раскаленные угли его уложили, а не на подстриженную траву.
– А-а-а! Я скоро свалю отсюда! Оставайтесь сами в болоте вонючем! Какое мне до вас дело?
После такого заявления Маша нервно засмеялась и округлила глаза, выразительно покрутив пальцем у виска.
– С ним что-то не то, – медленно проговорил Брок, принюхиваясь.
– Давай дома обсудим!
Неохотно подчинившись ее просьбам, он позволил увести себя, но последний взгляд на Максима выражал всю степень ненависти к обидчику любимой девушки.
Окна на кухне и в гостиной были широко раскрыты, свежий воздух заполнил комнаты, но атмосфера продолжала накаляться.
– Послушай, ты не должен так реагировать, он всего лишь держал меня за руку. Да ты убить его мог!
– Мог! Ну, и что?
Нахмурившись, Брок стоял перед Машей, скрестив на груди руки.
– Больше ты в их столовку не пойдешь. Я сам буду приносить еду в дом.
Маша недоверчиво хмыкнула.
– Туши оленей? Или зайчиков несчастных? А может, сразу на цепь меня посадишь или запрешь на чердаке, чтобы я всегда была под рукой? Брок, я не согласна так жить. Ничего страшного не произошло, а ты уже из себя выходишь. Макс просто дурак! Что с него взять? Уверена, он все понял, и теперь точно отстанет. Я всегда предлагала вместе ходить по лагерю, но ты же уперся как баран в какие-то непонятные принципы…
– Да, тебе не понять. Ты из другого времени, слабая закалка, – упрямо повторял он.
– При чем тут другое время? – возмутилась Маша. – Эти люди тебе ничего не сделали. Ни повара, ни Коротков, ни даже Максим, чего ты их сторонишься?
– Алекс только того и добивается…
– Чтоб ты съел котлету с картошкой в помещении столовой, а не у меня дома? Действительно, достижение!
Маша чувствовала себя скверно, кажется, у нее поднималась температура.
«Неужели, перекупалась сегодня, вода была прохладная…»
– Брок, тебе нужно учиться идти людям навстречу. Не ради себя, так ради нас. Или ты всерьез думаешь, что я до конца своих дней буду сидеть с тобой в лесу, никуда не выезжать, ни с кем не видеться? У меня есть мама и сводный брат. Мы с ним не особенно ладим, но какая ни есть родня. Отчим, дядя Слава, меня растил с двенадцати лет, никогда не обижал. Еще есть подруги, одна точно. А еще… – Маша вдруг почувствовала, что задыхается, – еще у нас могут быть дети… наверное.
– Я не думаю, что это возможно, – хрипло сказал Брок, – меня изменили.
– Ну, нет, так нет! У меня уже была одна неудачная попытка, может, больше и не получится – пренебрежительно махнула рукой Маша, из всех сил пытаясь казаться спокойной.
– Если я не смогу дать тебе ребенка, ты меня оставишь? – Брок сел на пол у ее ног, снизу вверх заглянул в глаза.
– Я не знаю… кажется, теперь это не важно, – Маша искренне старалась быть честной, хотя бы перед собой.
Он тут же переместился на диван, и попытался усадить ее к себе на колени, как бывало прежде во время задушевных бесед. Неожиданно Маша воспротивилась.
– Не надо, я сейчас хочу побыть одна.
– Я тебе надоел? Может, мне вообще уйти?
– Можешь уйти… только вернись обязательно. Я буду тебя ждать к ночи.
Он рывком поднялся с дивана и молча выскочил из дома. Маша сползла на пол, растянулась на коврике, раскидывая в стороны руки, и наслаждаясь тишиной.
«Иногда от него надо отдыхать, он слишком меня подавляет, вечно командует и злится, чуть что не так. Во всех видит угрозу».
«Что-то в последнее время я быстро устаю. Ни на что не хватает сил, хочется только свернуться в клубочек и заснуть…»
Она почти задремала прямо на полу, когда после короткого стука распахнулась входная дверь. Решив, что вернулся Брок, Маша поднялась навстречу и менее всего сейчас ожидала увидеть перед собой Максима Савельева. Он сменил порванную рубашку на белую футболку, от него приятно пахло качественным парфюмом.
