И вдруг она поняла, что готова в самом деле поверить в сказку, настолько невероятным было вечернее приключение.
– Да-а-а, – растерянно протянул Хати, внимательно разглядывая ее румяное личико.
«В случае чего я скажу, что пошутил, тоже мне, выдумала – оборотень… Девчонка! Хотя ночь сегодня точно не простая».
– Так это правда, ты умеешь становиться волком? Настоящим волком? – допытывалась Катя, саму себя ругая за внезапное косноязычие и настойчивость.
Душный черемуховый аромат сделал ее пьяно-смелой, иначе не стала бы задавать такие абсурдные вопросы.
Хати не выдержал и расхохотался во весь голос, у девчонки было изумленно-восхищенное лицо, на котором выделялись ясные глаза, словно два озера, а еще маленький полуоткрытый ротик, который… который хотелось немедленно поцеловать. А еще Волк заметил краешек белого плечика, ненароком выскользнувшего из-под одеяла.
Тут у него перехватило дыхание, в голову немедленно полезли образы женского обнаженного тела, закутанного в эту теплую тряпку. Ему даже показалось, что он чувствует особенный запах пушистых растрепанных волос, почти таких же русых, как у него, только, пожалуй, немного темнее.
– Ты бы все-таки цветы в воду поставил… – тихо сказала Катя, желая прервать затянувшееся молчание во время которого спаситель не сводил с нее странного взгляда.
– Какие цветы?
– Ну, вот же черемуха… жалко, если сразу завянут. Ты зачем столько много веток сломал?
Хати виновато вздохнул, а потом забегал по кухне в поисках подходящей посудины. Наконец вытащил из шкафчика первую подвернувшуюся кастрюлю и налил в нее воды, расплескав половину от спешки. Потом поставил свою металлическую «вазу» на стол и погрузил в нее цветущие ветви.
– Здорово! – похвалила Катя, с удовольствием вдыхая знакомый аромат.
– А откуда ты знаешь, что Хати – это имя волка?
Катя поерзала в одеяле, устраиваясь удобнее, словно готовилась к долгому разговору.
– Я читала скандинавские легенды. Мне они очень понравились, только Фенрира жалко. Знаешь, он тоже волк, только огромный и сильный, за что его приковали под землей? Он же ничего плохого не сделал, а боги испугались заранее и так наказали… авансом. Конечно, он обозлился! Руку Бальдру откусил.
– Откусил… – шепотом повторил Хати, снова садясь на диван поближе к ней, – я бы тоже их всех перекусал, если бы посмели меня так обмануть. А еще боги называются! Сплошь трусы и предатели!
Сказать честно, легенда о сыне бога Локи – могучем волке, прикованном в подземелье лишь за то, что по пророчеству он должен был погубить Асгард и весь мир богов, всегда вызывала справедливое негодование Хати.
– Они же его с самого рождения воспитывали, я уверена, он не мог бы им причинить зло! – продолжала возмущаться Катя, сверкая глазами.
– Не мог… – эхом произнес Хати, понимая, что через минуту вся душа его и все тело, все его мысли, чувства и желания до конца жизни будут принадлежать этой удивительной девушке, вздумавшей заступиться за древнего скандинавского волка из старинной легенды.
Наверно что-то такое восторженное отразилось вдруг на его лице, потому что Катя замерла на полуслове и уже настороженно поглядела на мужчину, который вдруг пересел на пол и теперь смотрел на нее снизу вверх.
– А меня Катей зовут… – просто сказала она, вспомнив, что еще не назвалась спасителю.
Теперь она смущенно улыбнулась, глядя ему прямо в глаза, и Волк в смятении опустил голову, понимая, что окончательно пропал. Только у женщины из его самых потаенных грез могло быть такое чудесное имя, столь созвучное с его собственным.
Какое-то время в комнате стояла томительная ломкая тишина.
– Ой, я же рыбой тебя обещал накормить! Вот дурак, ты же еще и голодная, верно?
Катя даже ответить ему не успела, как он исчез в кухне и принялся там хлопотать, шумя посудой.
«Что-то совершенно невероятное… Может, я сплю? Ночь, лес, волк, домик на берегу… а теперь Хати… Какой он удивительный, заботливый, симпатичный… странный… Оборотень!»
Катя потерла лоб кончиками пальцев.
«Невозможно! Всему должно быть разумное объяснение, хватит придумывать… Чудеса случаются, конечно, но, чтобы лично со мной… Что во мне особенного?»
Но одно Катя поняла точно – загадочного человека она уже никогда не сможет забыть, а ведь ночь еще только начиналась…
– Послушай, может быть, у тебя найдется во что мне переодеться, а то неловко сидеть в одеяле, я уже согрелась давно.
– Футболку я тебе дам, только ты в ней утонешь.
Он снова исчез и Катю в который раз удивило, с какой невероятной скоростью он передвигался по своему жилищу. Вот уже снова стоит рядом, держа в руках сверток.
– Возьми, вроде, самая маленькая из всех, а насчет штанов… даже не знаю, – голос его вдруг понизился до шепота и почему-то охрип.
– Может, трусы тебе свои дать, вроде как шорты оденешь? Да ты не стесняйся, что теперь делать, раз в воду упала, а твою одежду я сейчас на улице развешу, завтра оденешь сухое.
– Завтра? – неуверенно переспросила Катя.
– Ну, да! Ты же до утра здесь будешь, и вообще, зачем тебе куда-то уходить?
