Расплатой за самонадеянность князя стал страшный разгром северских полков в жарком сражении на берегу реки Сюурлий (мнения по поводу локализации этого летописного гидронима расходятся; в разное время исследователи искали его среди притоков Дона, Северского Донца, Самары или Оскола). Такой беды Русская земля ещё не знала. Из шести русских полков спаслось всего полтора десятка человек; сам Игорь с сыном Владимиром и братом Всеволодом попал в плен к Кончаку.
Позже Игорь совершил побег из половецкой неволи и в 1187 г. помирился с Кончаком, женив своего сына Владимира на дочери хана. Любопытно, что помолвка молодых людей состоялась до похода 1185 г. Таким образом, получается, что Игорь воевал против своего свата. Вероятно, эта странность объясняется тем, что Игорь преследовал цель разгромить другого хана нижнедонской орды половцев-«бурчевичей» («волков») Гзака, который, однако, побудил Кончака присоединиться к нему. В «Слове о полку Игореве» эти ханы фигурируют, как правило, в паре друг с другом: «Гзак бежит серым волком, Кончак ему след правит к Дону Великому» и т. д.
Оборонительная система Русской земли дала трещину. В том же 1185 году донские половцы незамедлительно ринулись в образовавшуюся брешь. Обескровленная Черниговщина не смогла сопротивляться нашествию, князья и их дружины, сидевшие по городам, были перебиты, со скорбью повествует киевский летописец. Нападению подверглась и Переяславская земля. Переяславский князь Владимир Глебович мужественно отразил половцев у стен своего стольного града, но остальная его волость была пограблена степняками.
Святослав Всеволодович и Рюрик Ростиславич не сразу смогли скоординировать действия растерявшихся южнорусских князей. Тяжкие последствия поражения Игоря удалось поправить только к 1190 г., когда, по сообщению Киевской летописи, князья-соправители «утишили землю Русскую и половцы примирили в волю свою».
Окончательный перевес Руси над Степью закрепил владимирский князь Всеволод Юрьевич Большое Гнездо, который в 1198 г. совершил поход на Дон и навёл такого страха на тамошних половцев, что они, не приняв сражения, вместе со своими вежами бежали к морю. На рубеже XII–XIII вв. половецкий напор на южнорусское пограничье иссяк. К этому времени предводители донских орд — ханы Кончак и Гзак один за другим сошли в могилу, а их преемники практически прекратили самостоятельные набеги на Русь, довольствуясь той добычей, которую можно было получить за участие в возобновившихся русских усобицах.
Интересные сведения касательно союза русских и кипчаков в преддверии монгольского нашествия мы находим у персидского автора Ибн-ал-Биби, который описывает захват малоазийскими сельджуками крымского города Судак в 1220-х годах. Когда власти Судака узнали о предстоящем нападении, они отправили гонца в степь к половецкому хану. Дальше автор сообщает следующее: «когда флот с войсками турок-сельджуков приблизился к берегу, тотчас же хан кипчацкий отправил посла с уведомлением к князю русскому. В результате из русских и кипчаков составили войско в 10 000 всадников и поджидали, какой ответ принесёт посол сугдиан [жителей Сугдака], отправленный к Хусам-ад-дин Чупану»[30].
Через несколько дней поблизости от города произошло первое сражение, «которое не дало, однако, победы ни той, ни другой стороне. В рядах кипчацкого войска сражались и русские. Прерванное ночью сражение возобновилось с новой силой на следующий день. На этот раз победа окончательно склонилась на сторону сельджукского войска. Кипчаки были наголову разбиты и бежали».
В 1223 году в Киев приехал половецкий хан Котян. Он искал помощи против грозного врага, который вторгся в половецкие кочевья. То был новый, дотоле никому неизвестный народ, о котором толком никто ничего не мог сказать. Теперь мы знаем, что половцев потревожил разведывательный рейд передового отряда монголов под командованием Субудай-богатура. Сами монголы называли его «свирепым псом Чингиз-хана».
На совете русских князей было решено встретить пришельцев за пределами Русской земли. Объединённые русские полки переправились на левый берег Днепра и углубились в степь, где к ним присоединилась половецкая орда. Вскоре в короткой кровопролитной схватке русско-половецкая рать разбила монгольский авангард. Восемь дней продолжалось преследование. Наконец, 31 мая 1223 года на берегах реки Калки союзники встретились с главными силами Субудая.
И тут дала себя знать разобщённость русских князей. Бешеный натиск храброй дружины князя Мстислава Удалого, который едва не опрокинул монгольское войско, не был поддержан остальными князьями. В результате атака Мстислава захлебнулась. А затем дрогнули половцы и, отступая, смяли боевые порядки русских полков. Монголам оставалось только добивать русских по частям, что и было с успехом проделано. Потери русских были огромны. Шесть русских князей погибли в бою, а из каждых десяти простых воинов домой вернулся лишь один.
