Русское варенье полностью

Андрей Иванович . Конечно, помню. На них потом еще твои дети качались.

Наталья Ивановна . Слева от дома стояли. Во время войны левую часть дома разрушило. Прямое попадание. А правая сохранилась. Все соседи говорили, что надо все снести и заново строить. А отец сказал твердо: «Нет – все, что сохранилось, будем и дальше сохранять. Этот дом моим отцом построен, и не мне его сносить».

Андрей Иванович . Неужели ты помнишь?

Наталья Ивановна . Мама рассказывала. Весь академический поселок тогда заново строился, даже те, у кого дома уцелели… Пленные немцы строили. А отец не захотел…

Андрей Иванович . Да-да, точно. Он все тогда восстановил – и оранжерею, и теплицу…

Наталья Ивановна . Папа был святой человек. В своем роде… Графинчика жалко.

Андрей Иванович . Ну, опять… Пошло-поехало…

Скрип раскладушки затихает, раздаются шаги, потом рев воды в уборной. Снова шаги.

Наталья Ивановна . Ладно, друг мой. Попробую заснуть. Ты осколки не собирай. Поставь там стул, чтобы никто в темноте не наступил. А то Лизик постоянно босиком…

Наталья Ивановна целует брата, уходит. Он осторожно шарит в глубине буфета, находит, раздается бульканье. Андрей Иванович тихонько выпивает. Потом переворачивает стул и ставит его вверх ножками около буфета. Неожиданно включается электричество. Дом ярко освещается.

Андрей Иванович . Здрасьте! Среди ночи свет дали. Меня как будто покачивает…

Из уборной выходит Мария Яковлевнав шали поверх халата.

Мария Яковлевна . Доброе утро, Андрей Иванович. Кажется, опять засор… Что-то вода плохо сходит. Хорошо хоть электричество дали…

Андрей Иванович . Доброе утро, Мария Яковлевна… Хотя я еще не ложился. Так что у меня скорее вечер. Я здесь графинчик раскокал. Скажите, пожалуйста, девочкам, чтобы они осколки с полу подобрали.

Мария Яковлевна . Лизочка обещала привезти сотню яиц. И представьте, ни Лизочки, ни яиц.

Андрей Иванович . Зачем вам сотня?

Мария Яковлевна . Как зачем? Пасха! Куличи печь…

Андрей Иванович (вздыхает). Недавно Рождество было, а уже Пасха…

Мария Яковлевна берет веник, собирает осколки и метет. Слышно, как подъехала машина. Андрей Иванович смотрит в темное окно.

Мария Яковлевна . А мелкие без очков не собрать. Где мои очки?

Андрей Иванович . Лизкина «Ока»! Приехала!

Мария Яковлевна . Какой-то кошмар! Девочке девятнадцать лет, разъезжает на машине, одна, среди ночи. Какая-то безумная жизнь… Был бы жив брат Николай, ни за что не допустил бы…

Андрей Иванович . Да, и самое плохое то, что одна…

Мария Яковлевна . Этого я не понимаю – купить машину ребенку!

Андрей Иванович . Ростислав купил. Он щедрый, широкий человек. И Лизка у него любимая сестра…

Открывается дверь, входит толстая некрасивая девушка , выкрашенная в сине-зеленый цвет (а может, пострижена наголо), одета в стиле панк. Прижимает к груди четыре картонки с яйцами.