Хлопает дверью – электричество гаснет.
Уже рассвело.
Мария Яковлевна переворачивает стул и ставит его на опасное место ножками вверх. Теперь имеется три перевернутых стула, остальные девять – вокруг большого стола. Раздается треск пишущей машинки, потом на этом фоне шаги, хлопанье дверями.
Входит красавица Елена в ночной рубашке. В руках у нее пульверизатор с духами, она прыскает себе на руки, нюхает. Мария Яковлевна . Эту доску действительно пора заменить. Скоро будет дыра посреди комнаты.
Елена . Маканя! В уборной нет этой штуки. Куда она делась?
Мария Яковлевна . Доброе утро, деточка. Вот она, на столе лежит.
Елена . Зачем на столе?
Мария Яковлевна . Оторвалась. И там вообще, кажется, опять засор. Вода плохо сходит. Позвони, пожалуйста, Семену, пусть починит.
Мария Яковлевна берет кастрюлю, наливает воду, уходит. В уборной сливают воду. Мария Яковлевна возвращается. Елена звонит по телефону – аппарат послевоенных времен.
Елена . Контора? Семен на месте? Хорошо, зайду… Мария Яковлевна (берет стул). Я пока поставлю возле уборной, чтоб не пользовались.
Елена накидывает шубу на ночную рубашку, сует ноги в валенки.
Мария Яковлевна . Леля! Ты сошла с ума? Куда ты?
Елена . В контору. Семена приведу…
Мария Яковлевна . Ты что, в контору в таком виде пойдешь? Ты же простудишься. Ноль градусов!
Елена . Не зуди, Маканя.
(Уходит.) К треску пишущей машинки присоединяется кошачье мяуканье. Мария Яковлевна трет виски. Трясет головой.
Мария Яковлевна . Видимо, давление…
Открывает большой старый холодильник, что-то достает, что-то туда засовывает. Бормочет. Треск машинки обрывается. Входит Наталья Ивановна .
Наталья Ивановна . Доброе утро, Мария Яковлевна.
Мария Яковлевна . Доброе утро, Наталья Ивановна.
Наталья Ивановна . Вы еще не варили кофе?
Мария Яковлевна . Сейчас сварю…
Наталья Ивановна (садится). Спасибо. Опять почти не спала. Я иногда завидую простым людям, у которых простая физическая работа. Рабочие, должно быть, спят крепко…
Мария Яковлевна хватается за виски.
