Эти катастрофы уничтожили популярность Вильгельма V. Более того, успех восстания в Америке стимулировал демократические идеи в Нидерландах и привел к появлению партии «Патриотов», враждебной правящей семье. При каждой смене правительства денежное меньшинство настолько поглощало уменьшающееся богатство нации, что многие мужчины обращались к попрошайничеству, а многие женщины — к проституции в некогда процветающих и благоустроенных городах. В 1783 году в Амстердаме и Гааге были тайно сформированы роты «вольных стрелков» для подготовки революции. В 1787 году патриоты захватили власть, но Вильгельм V был восстановлен вооруженным вмешательством Пруссии. Французская революция оживила пыл патриотов; они предложили Франции прийти им на помощь. В 1794 году французские войска вторглись в Голландию; голландская армия была разгромлена, Вильгельм V бежал в Англию, а голландские революционеры вместе с французами организовали Батавскую республику (1795–1806). В 1815 году сын Вильгельма V восстановил власть дома Оранских-Нассау под именем короля Вильгельма I. Его потомки правят в Нидерландах по сей день (1967).
Первая официальная перепись населения Дании (1769 г.) насчитала 825 000 человек, еще 727 600 — в Норвегии, которая до 1814 г. оставалась под властью датских королей. Почти все крестьяне в Норвегии владели своими землями и были горды, как викинги. В Дании половина крестьянства была крепостными, а другая половина была обложена феодальными повинностями. Короли старались обуздать этот феодализм, но они были финансово зависимы от магнатов, и крепостное право продолжалось до 1787 года. При таком режиме мало поощрялась торговля и промышленность, не сформировался значительный средний класс, а открытие Кильского канала (1783) принесло выгоду английским и голландским торговцам, а не датчанам. В 1792 году Дания стала первой европейской державой, отменившей работорговлю в своих владениях.
Как дворяне управляли государством, так лютеранская церковь управляла кафедрой, прессой и, будем надеяться, умами. Жесткая цензура, действовавшая с 1537 по 1849 год, запрещала все печатные издания и высказывания, не соответствующие лютеранской ортодоксии, а многие нетеологические книги, например «Вертер» Гете, были запрещены как наносящие ущерб общественной морали. Развитие литературы еще больше затруднялось использованием немецкого языка при дворе, латыни в университетах и французского языка в беллетристике, которого почти не было. Открытие датской литературы, написанной на просторечии, и привнесение в Данию лучей Просвещения — таковы достижения самого выдающегося датчанина XVIII века.
Норвегия, как и Дания, может претендовать на Людвига фон Хольберга, ведь он родился в Бергене (3 декабря 1684 года). После обучения в местной латинской школе он переплыл море, чтобы поступить в Копенгагенский университет. Вскоре его средства закончились, он вернулся в Норвегию и стал репетитором в семье сельского пастора. Накопив шестьдесят талеров, он отправился посмотреть мир. В 1704 году он был в Голландии, в 1706–8 годах занимался самообразованием в библиотеках Оксфорда. Вернувшись в Копенгаген, он читал лекции, которые принесли ему не больше, чем самообразование; тем временем он жил за счет репетиторства и питался амбициями. В 1714 году университет назначил его профессором без жалованья, но частный дар позволил ему в течение двух лет странствовать по Италии и Франции, в основном пешком. Вернувшись из этого грандиозного путешествия, он стал профессором метафизики, которую ненавидел, затем латыни и риторики, наконец (1730) истории и географии, которые он любил.
В минуты досуга он создавал датскую литературу. До его времени на датском языке не было почти ничего, кроме баллад, фарсов, гимнов и произведений народного благочестия. Хольберг создал небольшую библиотеку стихов, сатир, романов и трактатов на датском языке по политике, праву, истории, науке и философии. Только Вольтер соперничал с ним в многогранности. Как и Вольтер, он использовал смех как бич напыщенных профессоров, поклоняющихся классикам, юристов, сковывающих правосудие формальностями, священнослужителей, борющихся за деньги и место, врачей, облегчающих пациентам вечность. Почти все эти столпы общества подверглись осуждению в его первом крупном произведении, шуточном эпосе «Педер Паарс» (1719). Некоторые великие датчане почувствовали укор и призвали короля Фредерика IV запретить книгу как оскорбляющую нравственность и высмеивающую священников; королю прочитали первое канто, и он оценил его как «безобидное, забавное произведение»; но королевский совет сообщил Хольбергу, что было бы лучше, если бы поэма никогда не была написана.26
