Рутинная процедура полностью

— Что тут рассказывать, — пожал плечами Демус, — народ и народ.

— Я пропустила последние 300 лет. Так что рассказывай всё подряд: как устроен ваш быт, какие у вас трудности и радости, как вы победили вирус.

— Вирус мы не победили. Просто переждали. Насколько я помню уроки истории в школе, было много групп, которые ушли из города. Наша была самая большая и организованная.

— У вас есть школа?

— Конечно! Мы же не дикари какие-то.

— Да, конечно. Просто это означает, что вас довольно много. Сколько?

— Около тысячи.

— Это целый город! А сколько детей?

— Примерно четверть от всех. У нас три школы.

“Ничего себе, — одичавшие свирепые звери”, — подумала Эмма.

— Продолжай про уроки истории, — сказала она Демусу.

— Ну, все друг друга боялись, каждая группа пыталась выживать в одиночку. Многие вымерли. Кто от Умной Смерти, кто от других болезней, кто от голода, кого соседи убили. Мы — настоящие внеки, самые первые. Наш первый лидер, он был из религии. Христианство, кажется. Он объяснил, как всё надо устроить. Во-первых, были запрещены беременности на целый год. Семьи, которые нарушили этот запрет, изгонялись из поселения, и запрет продлевался на год с момента изгнания. Шансов выжить у них было мало, так что запрет в основном соблюдался.

— Ещё, — рассказывал Демус, — первые внеки поймали всех зверей по несколько штук, но чтобы обязательно были и самки, и самцы. Они держали их в изоляции, не давая им размножаться. Остальных зверей убивали, если те приближались близко к поселению.

“Каждой твари по паре”, — вспомнила Библию Эмма.

— А если бы кто-то ещё захотел присоединиться к вашей общине? — спросила она.

— Это разрешалось только для взрослых. И они должны были прожить 3 месяца в карантине в полной изоляции.

— Сурово.

— Это был единственный способ выжить, и внеки выжили.

— А все другие группы? Вымерли?

— Почти все. Нам известны только два племени — Саты и Викки. Саты обитают на восточных равнинах, они кочевники. А Викки — на юге, через Большую реку от нас.

— Вот как! Значит, они тоже пережили Умную Смерть. Наверно, вы сотрудничаете? Торгуете?

— Мы воюем, — довольно резко ответил Демус. — Они маньяки и головорезы. Они только и знают, что грабить и убивать. Они дикие и хуже свирепых животных.

“Звучит знакомо…” — промелькнуло в голове Эммы, а вслух она сказала:

— Хм… Казалось бы, вы все преодолели кризис, вирус больше не существует. Логично было бы объединить усилия, ведь вместе легче выживать.

— Я же говорю, они хуже зверей. Я не знаю, как они выживали. И те, и другие потеряли всех своих детей. Женщин остались единицы, раз в десять меньше, чем мужчин. Женщины стали редкостью и ценным ресурсом. У Сатов мужчины образовали кланы, которые непрерывно воюют между собой за власть и за женщин. Женщины у них на положении очень ценных домашних животных. У Викков, наоборот, матриархат. Женщины говорят, что они ценнее и лучше мужчин, и только они могут распоряжаться главной ценностью — женщинами. Мужчины делают практически всю работу. Наградой за работу и послушание является строго дозированный секс. И только избранные получают право на потомство. Мальчиков воспитывают мужчины, а редких девочек — женщины.

— Но ведь прошло уже много поколений. Мальчиков и девочек рождается в среднем поровну. Демография должна была выровняться.

— Почему-то этого не произошло. Даже у нас мальчиков рождается больше примерно на четверть. А у Сатов и Викков — одна девочка на 5 мальчиков.

— Очень странно.

— Саты регулярно нападают на нас, чтобы захватить наших женщин. Викки воюют с нами, чтобы “освободить” наших женщин и чтобы вернуть тех, кто перешёл к нам. Их матриарх утверждает, что мы силой и обманом захватываем их соплеменников, и требует их возврата. А мы никого не захватываем. Они сами переходят к нам, и мужчины, и женщины. Переплывают Большую реку, рискуя жизнью, чтобы жить у нас.

— И мужчины, и женщины?

— Да. У нас нормальные семьи и много женщин. У мужчины большой шанс завести свою семью.

— А женщины?

— Только матриарх и её приближённые имеют свободу решать сколько и когда иметь детей и выбирают себе мужчин. Остальные женщины должны обеспечивать те самые награды и рожать плановых детей по команде матриарха. Некоторым наше общество нравится больше.

Эмме сделалось дурно от всего этого. Воспользовавшись тем, что Демус был ещё слаб и уже устал, она поспешила закончить разговор.

Эмма настояла, что Демус не должен видеть роботов. Ей хотелось наладить с ним дружеский контакт, а он содрогался от явной неприязни каждый раз, когда роботы упоминались даже вскользь. Ненависть к роботам у внеков была глубокой, впитанной с молоком матери.

Посоветовавшись с М8225, она давала Демусу с пищей лекарства и снотворное. Все другие необходимые процедуры и обследования роботы проводили, когда он крепко спал.