Ольга подумала, что никогда не пыталась размышлять о словах песни под таким углом, воспринимая просто как лирическое повествование. Попыталась вслушаться и ощутить энергию звуков. Напряжение в музыке нарастало, неистовый ритм барабанов заставлял бешено колотиться сердце. Уходящий в ультразвук голос отключал сознание. Околдованное тело послушно отзывалось пульсу баса. Мышцы вибрировали. Мозг нарисовал странную картину: тёмный провал открытой пасти, куда летели звуки, ударяясь об острые клыки, торчавшие, словно ступени лестницы. В конце сиял свет, но он был чёрного цвета.
Магические слова скручивали пространство в смерч, где песчинки человеческих тел отсчитывали время на часах вечности. Вдруг мелодия стихла, но вкрадчивый голос певца внятно прошептал, словно указывая кому-то на Ольгу: «Она покупает лестницу в Царствие Божье». В прозвучавшей фразе не было удивления, лишь констатация факта или предвидение того, что должно неумолимо свершиться.
По коже побежали мурашки. Озноб появился вновь. Она зябко обхватила предплечье, ощущая под пальцами холод.
Возможно, когда-то похожий голос нашептал Еве совет, приведший к череде событий, создавших человеческую цивилизацию: «Хотите быть как боги? Отведайте фрукта запретного…»
Ольга знала, что такие фразы — совершенно риторические, лишь для создания иллюзии интриги. Наверху всё уже решено, сценарий создан, драматургия просчитана, процесс запущен. Скорее всего, и «подлый Змей» лишь произносил реплики, написанные ему Создателем. И лучше об этом не думать, а плотнее прижаться к наезжающему катку. Настолько плотно, чтобы слиться с ним, в свою очередь, став частью неумолимой силы, а не оказавшись раздавленной.
Она сжала губы, затем улыбнулась, хотя улыбка получилась скорее злой, чем весёлой, и быстро выпалила:
— Я знаю, что нам следует сделать, с чего начать, и где находится первая ступенька «Лестницы в небо».
— Не понял, — удивился Вадим, осторожно посмотрев на возбуждённую девушку. — Когда улыбаешься, попробуй не только скалить рот, но и сделать весёлыми глаза, — добавил он.
Ольга проигнорировала выпад:
— Барон ведь нас послал… — она сделала паузу, — …договариваться с высшими силами. Можно сказать, взобраться на небеса и встретиться с «сияющей дамой». Или кто там у них ещё есть…
Вадим по-прежнему не понимал.
Почему они все тормозят? Долго соображают. Вот и сейчас: напарник не замечает очевидного. Она чувствовала, как невидимая сила покалывает кожу, тело переставало быть оболочкой сознания, окружающий мир нетерпеливо вибрировал, готовый подчиниться команде. Она любила такое состояние, которое характеризовала как «отличная боевая форма опытной ведьмы».
Нетерпеливо мотнула головой:
— Не тупи. Эта песня — классная подсказка, как действовать…
— Вы сделали выбор? — обратился к Ольге уже знакомый продавец, дополнивший свой экстравагантный наряд ещё и необычным головным убором. Когда он заговорил, стали видны неровные острые зубы, похожие на клыки. Отчего зубастый в чепце походил на волка, только что сожравшего бабушку Красной Шапочки.
— Время уходит, — проговорила «бабушка».
Хотелось спросить: «Почему у вас такие большие зубы?». Но вслух сказала:
— Почему надо торопиться?
— Самое дорогое, что у нас есть, — время.
— Пока не решила, что купить. Подумаю…
Девушка во всём видела подтверждение своим мыслям. Вот и продавец, которому срочно нужно к зубному, подпилить клыки, намекнул, что «время уходит». Неведомые силы торопят…
Пошла к выходу. Вадим тащился сзади. Хорошо бы получить свыше какое-нибудь подтверждение. Чтобы не выглядеть дурой перед остальными. Она-то знает, что права, но рыжая чертовка может не понять.
Словно в ответ, на улице раздались громкие вопли:
— Какой сюрприз, Андрей!
— Неужели это ты, Максим?
— Сколько лет, сколько зим!
— Словно вчера! Постарел!
— Совсем не изменился!
— Вот волшебная встреча!
Увидела, как Максим обнимается с человеком, одетым в широкие клетчатые штаны, яркую рубаху с мавританским орнаментом и оранжевую ермолку.
Противоречивые восклицания завершились краткой борьбой с захватами и удушающими приёмами. Затем последовало несколько смачных ударов по спинам друг друга. Пространство вокруг обезлюдело. Прохожие осторожно переходили на другую сторону улицы, не желая быть втянутыми в потасовку. Кричат, вроде, по-славянски. Наверняка русская мафия лютует. «Жан, беги к папе, сейчас дяди начнут стрелять!»
После завершения энергичных ритуальных действий братание вступило в следующую фазу. Новообретённые друзья отпрянули друг от друга, восстанавливая дыхание.
— «Здравствуй, Бим! Здравствуй, Бом!» — негромко прокомментировала Ольга. — Что за клоунада?
— Мой старый друг, — объявил Максим. — Мы не виделись лет десять. Он гений и великий скульптор.
Великий скульптор, в не меньшей степени обрадованный встречей, улыбаясь, смотрел на них большими семитскими глазами, похожими на чёрные маслины. Он был среднего роста, полноват, небрит и похож на лукавого плюшевого медвежонка, промышляющего в сувенирной арабской лавке.
— Как сюда попал? — спросил Максим.
