Я гляжу на подсыхающую пену на стенках стакана и подозреваю, что своими озарениями отчасти обязан проглоченному пиву. Никогда не пьянел с одной кружки, даже слегка, но обычно я и не мешаю выпивку и антифобиум. Впрочем, почему бы и нет? Доступ к тайным знаниям через раз требует употребления веществ. А как иначе раскрепостить сознание, вырваться из тесной логической колеи? Да, классики сыскного метода смотрят на это с предубеждением. Интуиции. Медитации. Связь с космосом. Но мы явно на территории, где дедуктивный аппарат сбоит. А потому не будем слишком рьяно отстаивать рациональный канон.
Заплатив за обед, мы выходим на улицу. Колокольчик звякает за спиной.
– Лантура, предлагаю разделиться. Вы займитесь поисками в архиве РКС. А я… Мне нужно получить от этого города еще кое-что. Встретимся вечером в офисе и обсудим наши находки.
Распрощавшись с напарником, я отправляюсь вниз по незнакомой улице. Мною владеет волнующее и слегка идиотское предвкушение, которое, боюсь, скоро выветрится, и тогда восстановится обычная граница между мирами и обыденные предметы потеряют свою метафизическую подсветку. Тогда ответы, которые, кажется, сейчас размазаны по самой поверхности вещей, сотрутся, и я останусь ни с чем. Как человек, который с минуту готовился чихнуть, но так и не смог. Времени в обрез.
Как же изобличить, пригвоздить этот смысл, дразнящий боковое зрение и ускользающий в слепую зону всякий раз, стоит обратить на него взгляд? Пинты пива и таблетки антифобиума явно недостаточно. Что нужно делать, чтобы мозаика сложилась? Встать на голову? Вслушаться в обрывки разговоров? Искать указаний в знаках и вывесках? Дожили. Начинаю раздражаться, и вдохновение сразу тускнеет.
Мне нужен проводник, агент. Кто-то, причастный к подкожной жизни города, к его нервной системе, чтобы помочь мне по симптомам болезни найти ее первоисточник. Где-то ведь сходятся невидимые линии, идущие от особняка на улице Волопасов и отеля «Монсальват».
– Мож, вас куда подвезти, господин рыцарь?
Я оборачиваюсь на голос. На краю тротуара рядом со шкварчащим лотком уличной еды курит мужчина. В седые вихры, еще густые на затылке, глубоко вторглась лысина, как бы зайдя с обоих флангов и сомкнув два отряда за линией фронта, так что разреженный островок волос спереди оказался в оцеплении и вот-вот капитулирует. Седые усы тронуты на концах никотиновой желтизной. Из-под рубашки, распахнутой до середины груди, торчит седая шерсть, в дебрях которой теряется толстая золотая цепь – будто трава проросла через брошенный драгоценный клад. За его спиной, перекликаясь с блеском залысин, глянцево сияет машина канареечного цвета, новенькая «Моргана Премиум». Таксист. Еще не поняв почему, я чувствую, как воспрянуло мое хрупкое вдохновение.
Таксист, плоть от плоти городской экосистемы. И не какой-нибудь сопляк, а матерый труженик, подвозивший на заднем сиденье своей «Морганы» несколько поколений клерков, монахов, артистов, бездельников и проституток.
– С чего ты взял, что я рыцарь, милейший? – спрашиваю для проверки: вдруг он это просто так брякнул?
Таксист бросает окурок на землю и топчет его башмаком.
– Дык я же вижу: у вас под плащом-то чего-то выпирает. Ну, либо, думаю, так человек по девкам изголодался – как вот если б с каторги откинулся. Либо это рукоятка меча торчит. А потому как на каторжника вы не тянете…
Я киваю, покоренный этим аттракционом дедукции. Усаживаюсь на заднее сиденье.
– Куда поедем-то?
– А куда бы я поехал, если бы хотел, например, повстречать красивых женщин?
– Все ж таки изголодались. Неместный, стало быть. Командировка? Сейчас мы вас в лучшем виде определим куда надо. Будете старого Цемелу добрым словом вспоминать. – Он отчаливает от тротуара и дергает головой, как бы подмигивая мне складками на шее. Я смотрю на седой затылок, где волосы, похожие на овечью шерсть, еще не знают, что с другой стороны их почти уже не осталось; отыскиваю глаза водителя в зеркальце заднего вида.
– Да мне не бордель нужен… – Я задумываюсь, как поточнее поставить таксисту задачу.
Достаю фотографию Валерии Кавермэль и просовываю ее через окошко в пластиковой перегородке.
– Вот. Познакомился с девушкой… в прошлую командировку, – развиваю легенду, подсказанную водителем. – Ни имени, ни адреса не знаю. Красивая до потери пульса. Но такая, маленько с придурью.
Стараюсь, как умею, подстроиться под его манеру речи. Зря мы, что ли, в Академии штудировали «Искусство допрашивать простолюдина»?
Таксист присвистывает, глянув на снимок. Я прячу фотографию и делаю следующий ход:
