От судна бежали волны, за которыми я следила некоторое время. Пока взгляд Демьяна не стал опаляющим до раздражения. Тогда я подняла глаза и уставилась на Смагина так же внимательно, как он смотрел на меня.
– Думаешь, твоя дерзость кому-то может понравиться? Ты обращаешься со мной, как со зверушкой!..
– Погоди. – Он говорил нарочито медленно, будто этим подчеркивая, насколько спокоен он и насколько вне себя сейчас я. – Я же сказал. Сначала спрашиваю я.
Уйти бы сейчас, чтобы не зазнавался! Что он о себе возомнил?
Но мне действительно было интересно, что хотел сказать Демьян. И я осталась.
– Ну что, Тина? Осознала свои ошибки? Готова исправляться?
У меня даже челюсть отвисла. В мыслях пели сверчки, потому что в голове сейчас была абсолютная пустота.
– О чем ты? – искренне не понимала я.
Демьян улыбнулся, сладко и снисходительно. Еще один выпад в копилку «глупенькая Тина и мудрый Демьян». Козел.
– О том, что без того мужика в консервной банке все сразу на свои места встало. Ты никому, кроме меня, не нужна.
По-хорошему, после этих слов стоило бы плеснуть подонку что-нибудь в лицо, но руки у меня были пусты. Как и мысли.
Я опешила, растерялась от шока и даже слова вставить не успела. Зато Демьян вошел во вкус:
– Что, хотела, чтобы я приревновал к нему? Добилась, чего желала. Но получай ответку! Приятно было смотреть, как я флиртую с другими девушками? Целую их?
– Ты успел кого-то поцеловать? – оцепенела я. Не потому, что обиделась из-за «предательства». А потому, что мне было жаль несчастную, которая для Демьяна была просто расходным материалом.
– Ага. Но я готов вернуться к тебе, если ты все осознала и нацелена исправляться.
Вместо яростного «Ты совсем с ума сошел?!» я нашла в себе силы лилейным тоном спросить:
– И как же мне исправиться? – и при этом даже не рассмеялась, хотя очень хотелось.
– Больше не заглядывайся на других парней и не перечь мне, если я прав. Этого будет достаточно, чтобы я подумал над тем, стоит ли нам снова сходиться.
«Снова?» – пронеслось в голове, и я все же не сдержала смешок.
– Тебе весело, значит? Разбиваешь мне сердце холодностью, уезжаешь с другим, вынуждаешь меня целовать левых девушек…
Ага, так уж вынуждаю. Толкаю несчастного на подставленные губы красавиц. Исстрадался, наверное.
– Сегодня ты была на моем месте. Ощутила, каково это, когда тебя не замечает тот, кто важен?
– Ты даже не представляешь, насколько, – обронила я вслух, но опомнилась, когда уже было поздно.
Демьян это услышал и расценил как комплимент в свою сторону. Хотя я, конечно, думала о Равиле.
– Видишь? Мы оба этого хотим, – не замечая моих истинных чувств, продолжал Смагин. – Тогда после катера в кафе? Я угощаю. Выпьем, потом вместе поедем в гостиницу…
– Все, Демьян. Это сложный разговор, который не нужен нам обоим. Ты не слышишь меня, а я, пока тебя слушаю, тупею. Пока!
– Нет, стой. Мы же все решили!
Он поймал меня за руку, не позволяя отойти. Судно уже подходило к причалу, на палубу вывалил народ, чтобы пройти к трапу. Из-за толкучки я не могла даже взглядом найти Арину, а Демьян не переставал сжимать мою руку до боли.
– Сейчас уйдем отсюда, поговорим наедине…
– Пусти. Я не хочу с тобой никуда идти!
– Ты сама призналась, что я тебе важен. Чего теперь боишься?
Я искала поддержки у других людей, среди которых были не только ребята из группы, но никто не обращал на происходящее внимания. Кто-то, возможно, думал, что наша перепалка – наигранная ссора возлюбленных. Кто-то просто не хотел вмешиваться, потому что это не его дело.
От обиды на глаза накатили слезы. Я не просто не хотела, я боялась куда-то уходить с Демьяном. Он помешан на себе и уверен, что все вокруг от него без ума. И почему-то прицепился этот жук именно ко мне!
Он протащил меня по трапу, а от него попытался провести куда-то по улице. Я упиралась, не хотела идти, но Демьян вдруг подхватил меня на руки и закинул себе на плечо.
– Хватит! – закричала я и с силой ударила Демьяна по спине. Ему хоть бы хны!
А люди вокруг… Просто отвратительно. Смеялись, снимали на камеру или проходили мимо.
От бессилия хотелось вопить в голос, но это, как я уже поняла, ничего не изменит.
Так я думала, пока не услышала строгий глубокий голос:
– Она сказала, чтобы ты ее отпустил.
Равиль!
Он здесь!
У меня закружилась голова, когда Демьян нехотя поставил меня на ноги. Перед глазами заплясали огоньки многочисленных гирлянд и шариков с подсветкой. Вокруг нас было полно народу. Кто-то глазел, кто-то просто шел мимо, огибая небольшой пятачок улицы, где рядом с Демьяном стояла я, а напротив нас – Равиль.
Он выглядел как молодой строгий учитель. Темная рубашка заправлена в модные брюки, рукава закатаны. Белые волосы он сегодня уложил, зачесав назад. Короткие прядки больше не падали на лоб и виски, полностью открывая красивое, но холодное лицо.
– Слушай, отвали, а? – шагнул ему навстречу Демьян.
Смагин ничуть не уступал в физической форме Равилю. Наоборот, был даже немного выше и плечистее. Но если Демьян – олицетворение силы, то Равиль – сама ловкость.
