Он, не отпуская моей руки, проскользнул между моими сокурсниками и потянул меня за собой.
– Тина! Стой! – кричал Демьян. – Я был не прав!
– Тина, беги! – смеялись девчонки. – Он тебе не нужен!
Я чуть не задыхалась от того, что шумно хохотала во время побега, но остановиться не могла. Мне было так весело и тепло на душе! Впервые за последние месяцы я чувствовала себя частью коллектива: девушки поддерживали меня и не считали врагом или соперницей. Я и забыла, каково это, когда за твоей спиной не шепчутся, не обзывают крысой и стукачкой.
Когда тебя считают частью чего-то большего. Когда тебя считают своей.
Жаль, что этот хрупкий хрустальный шар треснет, едва выйду из самолета в родном городе. Но пока я населяла этот яркий мир новыми образами: под глянцевым стеклянным сводом высилась башня кафедрального собора с острова Канта, вместо хлопьев снега внутри моего шара кружили блестки – искры света уходящего солнца. А я шла по улице, держа за руку парня, от близости которого мысли превращались в розовый кисель.
– Постой, Равиль, – притормозила я, когда мы отбежали достаточно далеко и оказались на Медовом мосту.
Отсюда хорошо было видно почти всю набережную со множеством уютных заведений и здание кафедрального собора, который выглядел как замок из какой-нибудь фэнтези-книги. В центре моста играли музыканты, вокруг них собралось много народу, среди которого прогуливались аниматоры в средневековых нарядах.
– Хочешь сфотографироваться? – Он кивнул на проходящего мимо нас «Иммануила Канта». – Не советую. Денег сдерет столько, что сегодня останемся без ужина.
Равиль улыбнулся, будто ждал, что я пойму намек. Я и поняла, но сейчас был разговор поважнее.
– Нам надо кое-что обсудить.
Равиль смотрел меня с выражением лица «А что не так? Мы говорим. Прямо сейчас».
Но как можно сказать безумно привлекательному парню, рядом с которым чувствуешь себя принцессой, что ваш фиктивный роман нужно прекратить? Как порвать с кем-то настолько притягательным в месте, где все пропитано романтикой?!
Красивый теплый вечер, музыка и Медовый мост – излюбленное место молодоженов, причем, как сказал экскурсовод, это сложилось исторически. То есть десятки поколений делали первые совместные шаги в семейной жизни здесь… А я на этом же месте хочу любую романтику между мной и Равилем разрушить.
Отличный план, Тина! Просто волшебный!
Арина бы сказала, что своим поступком я собираюсь испоганить шикарную ауру этого места. Но к черту ауру! Я готовилась собственноручно раскрошить свое сердце!
– Равиль, – набралась смелости я и подвела его к перилам моста, подальше от прохожих. Так создавалась хотя бы крошечная иллюзия уединения. – Зачем ты соврал им про нас?
– Тебе не понравилось? – Я не понимала, чего в его голосе сейчас больше. Огорчения или игривости?
Я проигнорировала этот вопрос. Врать не хотелось в равной степени, как и признаваться – понравилось.
– Ты не подумал, как ситуация скажется на мне, когда правда станет всем очевидна?
– И как же на тебе скажется взаимная симпатия?
Я уставилась на Равиля так, будто он только что признался, что на самом деле он принц из какой-то забытой страны. Его ищут слава и престол, пока Равиль тратит свое время здесь. Со мной.
– Ты заигрался, – покачала головой я и отвернулась к воде. Смотрела на гладкую поверхность, в которой уже отражались искры и огни Рыбной деревни, и молилась: «Только бы не покраснеть! Только бы не покраснеть!»
– А мне кажется, все наоборот, рыжая.
– Я Тина.
– Я помню. – Он подался вперед, облокотившись на перила, и перехватил мой взгляд. – Из нас двоих заигралась только ты.
Серые глаза напоминали густой туман. Этот же туман сейчас окутывал мои мысли, отрезая от остального мира. Остались только я, Равиль и странная, искрящая ниточка между нами, что с каждым мгновением становилась короче, а наши лица – ближе.
Ощущение было такое, будто кто-то приятно щекотал меня под ребрами. Там разливалось тепло, и оно становилось все ярче с каждым уничтоженным между мной и Равилем миллиметром.
Я не двигалась. Это Равиль наклонялся ко мне.
И мне стоило огромных усилий вдруг резко сказать:
– Стой!
Равиль замер. Довольное выражение слетело с его лица, улыбка стерлась с губ, и они приоткрылись в беззвучном удивлении.
Казалось, что за этим моментом наблюдала вся набережная. Даже музыка стихла на секунду. Я испугалась, что в этой тишине все услышат, как испуганно бьется мое сердце. Но в следующее мгновение музыканты заиграли следующую композицию.
– Равиль, – набравшись смелости, медленно начала я. – Я ценю, что ты помог мне, спас от Демьяна, согласился сниматься в ролике… Но я не уверена, что мне в жизни нужен еще один парень, который без особых причин решает сделать меня своей. Будто ради развлечения.
Вот. Сказала это, и все сразу будто встало на места.
Я поняла, какое чувство преследовало меня рядом с Демьяном. Ощущение наигранности и борьбы. Меня будто втянули в соревнование, о котором ничего не знала. Демьян пытался завоевать меня, но я не была желанной девушкой.
Только трофеем.
