Интересно, и что теперь мне с ним делать? Ладно, возьмем пока с собой.
– Езжай впереди и не вздумай дергаться, – предупредил я.
Оратор вздохнул и выехал вперед. Я двинулся следом. Рядом пристроился Витька.
– Ну ты и выдал! Действительно Наводящий Ужас. А кто это были? И кто такой Эзип Рыжебородый. Он король чего? Ты тут что, с королями на дружеской ноге?
– Эзип Рыжебородый – бандит, вор, убийца, обитатель Грязных кварталов. Если ты не был в Константинополе, то никогда не поймешь, что это такое. Скажу только, что там собралось все отребье. В этих кварталах есть своя иерархия, в том числе есть и король. Когда я встретил Эзипа, он был графом. Сейчас стал королем. Но все эти титулы действуют, естественно, только внутри этих кварталах. Живут за счет воровства. Если вор хочет найти там убежище в этих кварталов, он должен с каждой кражи отстегивать проценты барону, тот графу, а тот королю. Может, есть еще какие-нибудь титулы. Меня не особо тянуло знакомиться с подробностями. Рыцари этих кварталов – стража короля. Все предельно просто, как видишь. Иногда они выполняют такие вот поручения, как сейчас, правда, редко, они не любят далеко уезжать.
– Ну у тебя и друзья тут! Стоило тебе ненадолго остаться одному, как ты подружился с главарем бандитов.
Еще с наемным убийцей, принцессой без королевства, эльфом и магом с огромным самомнением, но говорить об этом я не стал.
– Как видишь, это знакомство пригодилось.
Уже через десять минут наш пленник всем надоел своими попытками объяснить, какую ошибку мы совершим, если немедленно не освободим его. И ошибка будет прямо-таки фатальной, если мы его убьем. Особенно он возмущался поведением бандитов.
– Нет, только подумайте, негодяи! – негодовал он. – Я ведь заплатил им, доверился, а они так меня предали! Ведь мы же договор заключали! Этот негодяй Эзип руку мне жал! И так меня обмануть! Нет, в наше время никому нельзя верить. Все вокруг негодяи и воры! Я то думал, они честные люди…
– Честных людей надо искать за пределами Грязных кварталов, – не выдержал я.
– Вот-вот! Но ведь какое-то понятие о чести у них должно быть?! – Зря я заговорил. Теперь у него есть пища для следующей порции болтовни. – Все эти негодяи пользуются доверчивостью честных людей. Никакого благородства!
Все, он меня достал!
– Слушай, заткнись, ты, зерцало благородства!!! Конечно, они поступили неблагородно, бросив тебя, а ты был само благородство, когда нанимал восемнадцать человек для охоты на одного! А они-то не оценили твоего благородного поступка!!!
– Милорд, вы не понимаете…
– Заткнись ненадолго или замолчишь навеки!
Угроза ненадолго помогла, но уже через пять минут он снова попытался заговорить.
– А ну стой!
Оратор остановил коня и с испугом посмотрел на меня. Я быстро сунул руку в седельную сумку и достал какую-ту тряпку. Кинул ее болтуну.
– Запихай ее себе в рот!
– Что?
– Тряпку засунь себе в рот.
– Но…
Я поднял арбалет. Тот быстро скомкал тряпку и вставил ее себе в рот.
– Глубже пихай. Еще глубже. Вот так. А теперь слушай внимательно. Если поднимешь руку, чтобы вытащить ее, то я тебя пристрелю. Считай этот кляп твоим спасителем. Береги его. Как только вынешь его, ты труп. Понял?
Пленник отчаянно закивал головой.
– Умница.
– Так он может выплюнуть кляп, – заметил Рон. Он быстро перебрался за спину пленника и небольшим отрезком веревки перетянул кляп, завязав узлы у него на затылке. – Все, теперь точно болтать не будет.
Даже Витька одобрительно кивнул.
Дальнейшее наше путешествие прошло без звукового сопровождения. А вскоре показались знакомые ворота монастыря.
Я подъехал к ним, соскочил с коня и замолотил в них рукояткой кинжала.
– Ну кого там еще черти носят? – раздался из-за ворот недовольный голос. Тут же приоткрылось окошечко, в которое меня внимательно осмотрел монах. – Чего надо? – спросил он уже более мягко.
– Простите, но около месяца назад мы привезли вам человека с поврежденным позвоночником, солдата. Я могу его увидеть?
– Одну минуту. – Окошечко закрылось, и тут же раздался звук убираемого запора. Ворота медленно распахнулись. – Заходите. Эй, отрок, куда это ты верхом собрался? Здесь храм божий.
Последние слова относились к Витьке, который не догадался последовать нашему с Роном примеру и спешиться.
Витька покраснел и поспешно соскочил на землю. Монахи, принявшие поводья коней, на которых мы сложили все оружие, помятуя, что в монастырь с ним не пускают, удивленно косились на нашего пленника. К нам приблизился еще один монах.
– Меня зовут брат Вегорий, ступайте за мной, я провожу вас к отцу-настоятелю.
Я бы предпочел, чтобы нас сразу провели к Муромцу, но решил не спорить, помня, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят.
Сопровождающий нас монах поминутно с любопытством оглядывался на пленника. Потом не выдержал:
– Милорд, а почему у вашего спутника тряпка во рту торчит?
– А это лекарство от болезни, брат Вегорий.
Несколько секунд Вегорий переваривал мой ответ.
– Опасная, наверное, болезнь, – нерешительно заметил он.
– Очень. В его случае фатальная.
