Я согласно кивнул, и Рон исчез. Несколько секунд он пробирался к кортежу, потом я увидел, как он прорвался сквозь толпу и ринулся к карете. Один из всадников попытался его отогнать. Но тут мама приподнялась и что-то крикнула. Всадник пропустил Рона, и тот запрыгнул в карету. Ну все, теперь надо убираться отсюда.
– Ригер, – обратился я к офицеру охраны, – вы знаете гостиницу «У моста»?
Тот кивнул.
– Прекрасно, тогда направляемся туда!
– Но Нарнах…
– Подождет, – сердито бросил я. – Сначала я отверну голову одной идиотке!
В карете я связался с Нарнахом и сообщил, что вынужден ненадолго задержаться. Нарнах этому явно не обрадовался.
– И насколько велико это твое «ненадолго»? – поинтересовался он.
Я пожал плечами. Потом сообразил, что этого жеста Нарнах не видит.
– Надеюсь освободиться через час. Где мы встретимся?
Нарнах задумался.
– Наверное, это и к лучшему. Я сообщил о твоем приезде Мервину, он просил, чтобы ты встретился с ним. Как освободишься, сразу отправляйся в магистрат. Я тоже там буду.
– Хорошо. – Я сунул палочку даль-связи в чехол и сердито насупился. Ну, Танька…
У гостиницы собралась толпа зевак, – по слухам, приехала какая-то очень знатная особа, то ли герцогиня, то ли принцесса. Я скрипнул зубами и быстро вбежал внутрь гостиницы. Слава богу, в этом столпотворении на меня никто не обращал внимания. За мной торопился Витька, охрана осталась снаружи. На лестнице стоял один из стражников «принцессы» и загораживал проход любопытным. Едва я вступил на лестницу, он встал у меня на дороге.
– Я живу здесь, – отпихнул я его. Мой решительный вид сбил с толку солдата, и он не стал препятствовать мне.
– Я с ним. – Витьки протиснулся следом.
Как я и ожидал, номер, в котором поселилась Танька, был самым шикарным и занимал половину этажа. У дверей стояло теперь уже три охранника.
– Госпожа никого не принимает, – грозно возвестил один.
Очевидно, что-то изменилось в моем лице, поскольку они тут же отступили и схватились за оружие.
– Меня госпожа примет. Скажите, что тут Громов.
– Никого пускать не велено. Если бы госпожа кого-то ждала, то сообщила бы об этом.
Мое терпение и так уже было на исходе, а тут еще этот упрямец. Я готов был взорваться в любую секунду.
– Послушай, солдат, я войду внутрь вне зависимости от того, согласишься ты меня пропустить или нет. Все, что тебе надо, это сообщить о моем прибытии. В противном случае оплачивать услуги врача будешь из своего кармана.
– Что тут происходит? – Откуда-то сбоку подошел командир отряда.
– Да вот, какой-то соп… – солдат посмотрел на меня и осекся, – рыцарь спрашивает госпожу. Говорит, что она его ждет.
– Мне об этом ничего не известно. – Офицер вопросительно посмотрел на меня.
– Просто передайте, что здесь Громов.
– Гро-мов, – старательно повторил он. – Хорошо. Ждите здесь. – Он распахнул дверь и вошел внутрь. Слава богу, хоть один здравомыслящий человек попался.
Вернулся офицер довольно быстро.
– Проходите. – Он посторонился, пропуская меня и Витьку.
Я влетел в комнату.
– Ты… – начал я, обращаясь к Таньке, но тут же оказался в объятиях мамы.
– Егор, как я рада тебя видеть.
– Я тоже, мама, но…
Следующий был отец. Он оглядел меня с ног до головы и тоже прижал к себе. Офицер, стоя в стороне, с некоторым удивлением наблюдал за нами.
Наконец внимание родителей сосредоточилось на Витьке, и я снова повернулся к Таньке, которая наблюдала за нами, сидя чуть в стороне. Выражение ее лица мгновенно лишило меня всякого желания устраивать скандал. Тут не ругать ее надо, а посочувствовать. Ведь у нее здесь нет родителей. Я только спросил:
– Это ты устроила такой въезд в город?
– Я. Тебе понравилось?
Несколько секунд я боролся с собой, чтобы не высказать то, что сразу пришло мне в голову. Танька это прекрасно поняла.
– Ты всегда мне завидовал. А теперь у меня есть деньги.
– Кто тебе их дал? Мастер?
Танька кивнула.
– Это компенсация. А твои родители даже не догадались попросить у него. Он бы и им дал. А так они кормились на мои деньги.
– На твои, значит? – Все сочувствие, которое я испытывал к ней секунду назад, тут же испарилось. – А ты им счет, случайно, не собираешься предъявлять?
– Егор, Егор! Не надо. Ей же тяжело.
– Тяжело? А ты слышала, что она только что сказала? Вы, оказывается, жили все это время за ее счет! Эта дура…
– Дура?!! – взвилась Танька. – А ну вон отсюда!!! Это мои комнаты, и за них плачу я!!! И я не желаю, чтобы ты тут торчал! Убирайся!
– И уйду, идиотка несчастная!! Устроила тут торжественный въезд королевы! Ты хоть с кем-нибудь посоветовалась?! А тебе не пришло в голову, что это может кому-то угрожать?!
– Ты просто завидуешь! Ты всегда завидовал мне! Но теперь я и без тебя проживу!
– Дети, дети! – пробовала успокоить нас мама.
– Нет, пусть он убирается!!! Эй, охрана, вышвырните его отсюда! Не пускать больше!
– Ну хватит!!! – Мама встала, загораживая меня от офицера, который двинулся было ко мне. – Если ты выгонишь моего сына, – повернулась к Таньке маме, – а то мы тоже уйдем. Подумай, стоит ли из-за обиды оставаться одной здесь? Нам надо держаться вместе.
