– Конечно, всегда я. Я тебе что, мальчик на побегушках? – возмутился Витька. Однако все же поехал в сторону проходившего отряда. Вскоре нам навстречу уже скакали Аркадий и Эльвинг.
– Егор. – Аркадий резко осадил коня, – ты не представляешь, как я рад тебя видеть. После последнего сообщения я места себе не находил.
Тут подъехал Эльвинг, и мы с ним обнялись.
– Я знал, что все это ерунда, – сообщил он. – Ты и не из таких ловушек выбирался.
Я хотел ответить, но тут увидел, как по дороге на мощных телегах двигались какие-то большие ящики под присмотром амстерских офицеров.
– Что это? – удивленно спросил я.
– Это? – обернулся Аркадий. – Понятия не имею. Мне под большим секретом сказали, что в них какие-то горексы. Но что это такое и с чем это едят, не знаю.
– Ого! – невольно воскликнул я. Значит, высший совет все-таки реализовал эту идею. Я насчитал около двадцати ящиков. Хватит ли? Впрочем, я тут же подумал, что амстерцам лучше знать возможности горексов.
– Твое «ого» означает, что ты знаешь что это за штуки? – поинтересовался Аркадий.
– Нет, просто я знаю кто такие горексы.
– Вот как? Оказывается, это живность?
– Точнее магические создания, которые питаются магией. Полагается, что они будут сражаться с теми тварями, что сейчас создает Сверкающий.
– Ого! – теперь уже воскликнул Эльвинг. – Лихо! А что за тварей создает Сверкающий?
– А кто его знает. Мне самому об этом сказал Ратобор, а тому сообщил патриарх Серафим.
– Тогда этому можно верить, – кивнул Эльвинг. – И будем надеяться, что горексы с теми тварями справятся. И кому пришло в голову использовать их?
– Вообще-то мне, – признал я.
– Ну тогда точно все получится.
– Подобная вера в мои силы очень успокаивает, – вяло отозвался я. – Но ведь еще ни разу горексов не применяли против тварей, созданных для войны.
– Все когда-нибудь происходит первый раз, – успокоил меня Аркадий. – Но мне непонятно, к чему такая тайна? Чужие имена, внешность.
Эльвинг также заинтересовано посмотрел на меня, ожидая ответа.
– Я под своим именем путешествую, а не под чужим.
– Мне казалось, что имя Энинг тебе больше нравится.
– Неверно, Аркадий. Имя Егор мне нравится больше. Просто здесь я более известен как Энинг, вот и приходится носить его.
– Теперь я тебя буду звать только Егор, – усмехнулась Ольга.
– Все это хорошо, но ты так и не ответил на вопрос.
– Потому, что у нашего друга поразительная способность наживать себе врагов, – опять вмешалась Ольга. – А на этот раз в его врагах сам король Рогнара вместе со всеми своими подлизами. Я вам по дороге расскажу.
Слегка опередив охранников, мы двигались следом за пришедшим подкреплением и телегами с горексами. Ольга ехала рядом с Эльвингом и Аркадием и рассказывала им о моих приключениях, о которых прочитала в записях Угланда. Я уже сильно жалел, что тогда уговорил Мервина приписать его к армии в качестве летописца. Если б раньше знать, чем дело обернется…
Аркадий с Эльвингом выглядели удивленными, но гораздо менее, чем я ожидал.
– За время пути я успел поговорить с Эльвингом о ваших прошлых приключениях, но все же я никак не ожидал подобного.
– Ерунда все это, – хмуро буркнул я. – В основном всю работу выполняли Герхардт, Святополк и Лекор. Я же только идеи подкидывал.
– Идеи тоже дорого стоят. Тем более, – Аркадий опасливо оглянулся, – на высшем совете сошлись на моей кандидатуре на пост главнокомандующего всеми вооруженными силами. Но об этом пока не стоит говорить.
– Все-таки вас назначили?
– Кажется, ты, Егор, не сильно удивлен?
– Нет. Ратобор однажды намекнул мне, что требуется какой-нибудь независимый от всех кандидат.
– Вот именно, независимый, – буркнул Аркадий. – Там у них кошмар что творится! Тевтоны не доверяют китежанам, те тевтонам. Амстерцы с подозрением косятся на бриттов, а византийцы на всех. Эльфы вообще стараются держаться подальше от людей… прости, Эльвинг.
– Ничего. Тем более это правда. Я старался сделать так, чтобы они почаще встречались с людьми, но безуспешно. Многие просто считают, что им незачем общаться с этими лживыми созданиями. Это про людей.
– Да уж, – усмехнулся Аркадий. – С вашим то талантом ничего удивительного нет в том, что вы так относитесь к людям.
– Этот талант стал нашим проклятьем, – буркнул Эльвинг.
– Как и дар моего камня, – тихо сказал я.
– Что? Какой дар, какого камня? – не понял Аркадий.
– Рыцарского камня. Разве тебе Мастер не говорил об этом?
Аркадий замолчал, прислушиваясь к чему-то в себе. Потом нахмурился. Было видно, что он мысленно с кем-то спорит.
– Вот что. Тут Мастер мне кое-что сказал… Правда, я не все понял, но он уверяет, что ты поймешь, поэтому буду просто говорить его словами. – Аркадий опять нахмурился, к чему-то прислушиваясь. – Мастер считает, что лучше, если он поговорит с тобой напрямую и просит меня на время уступить контроль над моим телом. Говорит, что с тобой он это уже проделывал.
– Это точно… не самое приятное воспоминание. Нет, ничего страшного, но ощущения странные.
– Так всегда бывает, – услышал я знакомый голос.
