— П-почему? — громко выстукивая зубами дробь, спросил Павлик.
— П-потому ч-что т-ты м-меня ч-чуть н-не ут-топил,— ответил Андрей.— Т-тонуть я и б-без т-тебя ум-мею.
— Х-хорошо, б-больше не б-буду— Пытаясь согреться, Павлик подтянул колени к груди и обхватил их руками.— Эт-то тот же кош-шмар. Навер-рное, темп-пе- ратура п-поднялась ещ-ще вы-ше. М-меня с-сильно з- знобит.
— М-меня т-тоже, хот-тя у м-меня т-температуры н-нет,— сказал Андрей.— Кош-шмары вид-дишь т-ты, а д-достается п-поч-чему-то м-мне.
Отдохнув, мальчики наконец поднялись и осмотрели берег. Темно-серые безжизненные скалы почти отвесно уходили вверх метров на десять, и лишь в одном месте справа в скале виднелась узкая расщелина, в которую можно было протиснуться только одному человеку.
— Я полезу первым,— сказал Андрей.— А то ты опять вызовешь какой-нибудь кошмар, и нас забросит в кратер действующего вулкана или на Северный полюс.
Карабкаться по мокрым камням было чрезвычайно трудно. Ноги скользили и срывались с уступов, замерзшие пальцы плохо слушались, и Андрею пришлось собрать все свои силы, чтобы не сорваться вниз. По пути он подумал о Павлике, сумеет ли он преодолеть подъем. Засомневавшись, Андрей остановился и крикнул:
— Полезай за мной! И внимательно смотри, куда я ставлю ноги! — И тут Андрей снова вспомнил, что во сне может летать. Он обрадовался, хотел было взмыть в воздух, но его спутник уже начал подниматься, и Андрей отказался от этой идеи. Павлику надо было показать, как это делается, проложить для него дорогу и ободрить собственным примером.
— Я лезу. Я лезу. Я лезу,— бормотал Павлик, стараясь не смотреть вниз. Ноги его несколько раз соскальзывали с уступов, он разбил локоть и ободрал колени, но не жаловался, а упорно карабкался наверх.
Когда Павлику оставалось каких-нибудь полметра, Андрей лег на землю и протянул ему руку.
— Я сам.— Павлик упрямо мотнул головой, попытался уцепиться за выступ и вдруг сорвался. На счастье, Андрей успел схватить его за рукав, и Павлику удалось удержаться.
Когда ребята наконец поднялись на ноги и осмотрелись, невдалеке, в пелене дождя, они увидели огромный мрачный замок, который стоял на высоком холме и упирался своими квадратными башнями в серое небо. Его высокие глухие стены с редкими бойницами были сложены из гигантских каменных плит, покрытых серым лишайником.
— Это замок Феи? — зачарованно глядя на грандиозное сооружение, спросил Павлик.
— Наверное.— Андрей пожал плечами и добавил: — Но пока ты не избавишься от своих кошмаров, дальше идти нельзя. С ними мы не сможем добраться до Феи.
— А как от них избавиться? — спросил Павлик.
— Ты должен победить свою болезнь,— ответил Андрей.— Я слышал, что во сне это сделать гораздо легче. Здесь ты можешь вызвать ее на бой. Надо только представить ее, выгнать из себя и не впускать обратно. Попробуй.
Павлик крепко зажмурился, сжал кулаки и даже покраснел от напряжения, но болезнь не появлялась.
— Смотри не лопни,— сказал ему Андрей.
— Я не знаю, как она выглядит,— открыв глаза, расстроенно ответил Павлик.
— Наверное, ты неправильно делаешь. Надо мысленно заглянуть внутрь себя. Там ты обязательно увидишь что-то неприятное и подлое. Это и будет твоя болезнь. Схвати ее и мысленно выволакивай наружу. Здесь ей будет труднее с тобой справиться.
Павлик попробовал еще раз. Андрей увидел, как он погружается в себя, как бледнеет и покрывается испариной его лицо. И в следующий момент что-то темное, бесформенное, похожее на глубокую ночную тень, отделилось от Павлика, заклубилось над землей, словно черный дым, и постепенно начало приобретать очертания живого существа. Оно раздавалось и вверх, и вширь, становилось все более плотным, и вскоре мальчики увидели перед собой отвратительного шестирукого гиганта. Лицо у него было синим, изо рта вырывалось пламя, налитые кровью глаза горели ненавистью и злобой. На голове у чудовища вместо волос извивались ядовитые змеи. Чудовище крепко стояло на четырех ногах и в каждой руке держало какое-нибудь оружие. В левых у него было: палица, кистень и праща, в правых: обоюдоострый меч, сабля и кинжал.
Павлик открыл глаза и, вскрикнув от ужаса, снова закрыл их. Не меньше испугался и Андрей. Он и не предполагал, что болезнь может выглядеть так страшно. Отшатнувшись назад, он чуть не свалился с десятиметровой высоты вниз.
— Зачем ты меня вытащил на свет? — громоподобно спросило чудовище, и от его голоса в нескольких местах с грохотом обрушился берег.
— Ты не бойся,— замирая от страха, сказал Андрей своему спутнику.— Видишь, какая гадость в тебе обосновалась?
— В-вижу,— дрожащим голосом ответил Павлик, заодно поглядывая, куда можно убежать.— А ч-чего с ним теперь д-делать?
