— Ну вот. Начались сопли, — устало разыграла раздражение Алиса. — Прекратите. Я не маленькая девочка и могу о себе позаботиться. — Девушка едва смогла отодрать от себя Себастьяна, на что тот только сильнее надул губы. — И вообще, прекратите себя так вести. Чувствую себя как в цирке. Нет, ну правда, — охотница усилием воли сделала злое лицо, замахнулась на демона, словно собиралась его ударить, но передумала, и, демонстративно топнув ногой, быстро ушла в свою комнату, оставляя всех в удивлении. Она была сильно смущена от такой заботы и постаралась скрыть столь ненавистное чувство за гневом, но у нее не очень хорошо получалось. Актриса из Алисы была никудышная. Она не раз меняла окружение, которое помогало или учувствовала с ней в охоте, но прежде все защищали друг друга лишь до тех пор, пока они были полезны. Сравнивая их со своими нынешними спутниками Алиса понимала, что нынешняя команда не просто для нее друзья, а настоящая семья. Однако произнести вслух Алиса никогда этого не сможет.
— Да что с ней такое? Ей, что, наплевать на нас совсем? — возмутилась Ли, сложив руки на груди. — Да как она смеет? Мы что, нечисть какая-то или что? Почему она с нами так обращается? — негодование девушки было полно нецензурной брани, которая оставалась исключительно в ее голове, отражаясь только в ее глазах, давая всем, кто знает отборный канадский мат, что она имеет в виду на самом деле.
— Ну, вообще-то, я — нечисть, — аккуратно вставил слово Себастьян, стараясь говорить так, чтобы ругань в глазах Ли не направилась в его сторону. — И, если быть абсолютно честным, остальные вроде тоже. Тут нормальных вообще нет. — Он развел руками, давая девушке понят, что он, по сути, прав.
— А тебя вообще никто не спрашивает, оболтус тупоголовый, — взорвалась Ли, швыряя в него подушку с яростью. Тот увернулся и вещь угодила в недовольного Сончже, который испытывал скорее огорчение от мысли, что ему так и не удалось найти того, кто проник в убежище, физически или электронно. Вампир поймал подушку прямо перед лицом, продолжая молчаливо думать над тем, что же случилось на самом деле с Алисой, и когда она осмелится рассказать правду.
— Не тронь моего брата! — смело заявив Ли, угрожающе нахмурив густые темные брови, Мамото обнял демона за плечи, ближе прижимая к себе на случай, если девушка попытается вновь что-то кинуть в расстроенного демона.
— Когда это он твоим братом стал? — возмутилась девушка, удивленно переводя взгляд то на стоящих в обнимку друзей, то на Сончже, который удивленно пожимал плечами, сам не понимая, что произошло и когда.
— Ну… Он мой брат по разуму… — растерявшись, начал оправдываться демон, стараясь придумать как можно более правдоподобное объяснение своему заявлению, которое он сделал, поддавшись эмоциям. Сончже заметил его нервозность, в то время, как Ли лишь устало закатила глаза, решив, что это очередная шутка неугомонной парочки.
— Оно и так видно. Два гиббона. Вы хотя бы притворитесь людьми хоть раз, в душ сходите, — предложил им вампир, демонстративно заткнув нос.
— А ты не нюхай, — посоветовал ему Мамото. — Мы люди подневольные. Я вечно в работе, а Себастьян только недавно разобрался в работе внутренних органов и еще не дошел до секреции. Куда нам до тебя, вечно занимающего ванну, — смело заявил японец, с вызовом глядя на оппонента.
— Ты тут только что на меня оскорбил? — решил уточнить вампир, высокомерно уставившись на оружейника, давая ему шанс отступить, но тот, как и прежде, был не склонен к трусости и уступкам. Их игра в гляделки могла длиться часами, потому что Сончже мог погрузиться в глаза японца, видя все до мельчайших деталей, а Мамото наоборот, почти не видел глаз вампира. Он начал терять зрение уже давно, но в последнее время дело было совсем плохо. Ему следовало бы обратиться к врачу или к кому-то еще, кто мог помочь ему справиться с этим недугом, но мужчина продолжал откладывать эту затею до лучших времен, которые так и не наступали.
— Не придирайся к словам, — тут уже начал ворчать демон, не желая тратить время на споры. — А ты угомонись. Сколько можно из-за пустяков ссориться? — велел он японцу, слегка тряхнув его за плечи. Мамото послушно отвел глаза, но лишь для того, чтобы посмотреть на Себастьяна и убедиться, что тот не задумал ничего вновь.
— Ой, тоже мне влюбленная парочка, — закатив глаза, со вздохом пробубнила Ли и пошла в свою комнату от греха подальше, чтобы в очередной раз навести там идеальную чистоту, успокаивая свои расшатанные нервы.
