— Интерес Марса понятен, а вот Секретарь и Директор… — произнёс Алек, выразительно глядя на мрачного капитана.
— Да, выводы напрашиваются неутешительные, — ответил тот.
— Что будем делать?
— Вопрос в том, что мы можем сделать, — процедил Райан. — Против Директора и члена Совета просто так не пойдёшь.
— Сразу видно, что ты недавно в России, — усмехнулся Александр. — Революционным духом не успел проникнуться.
— И как ты собираешься устроить революцию в БРИЗ, Зорин?
— Для начала неплохо бы выяснить, кто из них действительно хотел устранить объект Венера.
— А ты уверен, что интерес Марса носит исключительно личный характер? — внезапно спросил Райан.
— Не знаю… думаешь, он мог быть против женитьбы на Венере?
— Она же против, — задумчиво ответил капитан. — Надо бы разузнать побольше о личной жизни Тристана Уортона, вдруг там имеется невеста или девушка, не предусмотренная БРИЗ.
— Займёшься этим? В американском офисе у тебя больше связей, — предложил Зорин. — А я попробую провести осторожную беседу с членами Совета и другими Рыцарями на предмет того, что они думают о директоре и Секретаре.
— Тебя вообще скоро спишут в утиль, — хмыкнул Райан. — Кто с тобой станет разговаривать?
— Ты удивишься, но, когда человек теряет власть, перед ним легче открыться, особенно недовольным. Как минимум, я смогу понять, кто мне сочувствует…
— Кстати, я не понимаю, зачем тебе это?
Грегори задал расплывчатый вопрос, но Зорин его понял.
— Ты когда-нибудь любил?
— Не верю я в любовь, — скривился капитан Райан.
Алек усмехнулся и сочувствующе похлопал коллегу по плечу.
— Тогда я не смогу объяснить тебе свои мотивы, Грег.
* * *
Я смотрела на оживлённый будний день за окном и всеми фибрами души, даже несмотря на блокирующий эмоции кристалл, ощущала, как гудит и волнуется столица. Внутри меня тоже всё гудело и волновалось… Что меня привлекло к Зорину изначально? Милая улыбка, уверенная, но сдержанная манера поведения и загадочность. В первые же дни знакомства я ощутила, как сильно отличается Александр от всех тех парней, которых встречала раньше. Только теперь на самом деле узнала, насколько он другой. На первый взгляд, всё в нём замечательно, но теперь, когда он раскрылся, я увидела боль. Целый океан боли.
Думая об Алеке, совершенно не услышала, как он вошёл в квартиру и приблизился со спины, поэтому вздрогнула всем телом, когда сильная рука внезапно легла на мою талию, прижимая к мужскому телу.
Вторая рука осторожно убрала копну непослушных завитков с моего затылка, обнажая правую сторону шеи, после чего горячие губы нежно коснулись мочки уха, заскользили вниз к изгибу, заставляя меня откинуть голову назад и закрыть глаза. Я — самое настоящее мороженое, потому что каждой клеточкой тела ощущаю, как таю от прикосновений агента, и растеклась бы сладкой лужицей у его ног, если бы меня не прижимали к себе так крепко.
— Нам срочно нужно выйти из дома, — хрипло проговорил агент. — Иначе мы так и не успеем сходить ни на одно свидание.
— Тогда идём, — согласилась я, наслаждаясь прикосновениями горячих губ к изгибу шеи.
— Идём, — подтвердил Алек, прижимая меня ещё крепче к себе, и мужская ладонь легла на грудь.
— Нади идти быстрее! — воскликнула я, освободившись от объятий, и со смехом потянула агента к выходу.
Мы отправились смотреть самое обычное кино, а потом поели в самом обычном ресторане. Это было самое лучшее свидание с кино и рестораном. Правда даже под действием нейростимуляторов я бы не сумела вспомнить, что за фильм мы смотрели и какую еду ели.
Едва мы успели занять места в тёмном зале кинотеатра, как Алек сплёл наши ладони и его пальцы начали выписывать узоры на моей руке, от чего кровь бежала быстрее по всему телу, пробуждая сумасшедших бабочек внутри меня. Когда я уже думала, что невозможно сильнее сходить с ума от желания, бушевавшего в крови, как он поднёс мою руку к губам и принялся целовать пальчик за пальчиком, дразняще касаясь подушечек языком.
Нет, ни за что и никогда мне не вспомнить даже название того фильма.
Огромной ошибкой стала и отдельная кабинка в ресторане, потому что… если бы не назойливый официант, которые каждые пять минут интересовался не желаем ли мы ещё чего-то, то всё произошло бы прям там, на первом свидании.
Проводив меня до двери квартиры, Алек потянулся было к моим губам, но я жалобно пропищала:
— Умоляю, позволь мне войти, пока ещё остались хоть какие-то крохи самообладания.
— У тебя ещё осталось самообладание? — усмехнулся Алек, с неохотой выпуская меня из объятий.
— Не уверена, — прошептала я, не в силах оторваться от бесконечного глубоких тёмных глаз.
— Считаю до трёх. Потом передумаю. Один, два..
— Пока!
Я хлопнула дверью перед его носом с такой силой, что дрогнуло зеркало, висевшее рядом на стене.
* * *
