— Да, этот подойдёт. А теперь, парни, вы должны построить насыпь. Вот здесь, впереди. Она должна быть прочной.
Артиллеристы принялись за работу. Лошади собравшихся даймио били копытами и ржали, пока хозяева обменивались комментариями. Часам к десяти утра перед каждым орудием выросла насыпь фута в три высотой, плотно утрамбованная.
— Ну, теперь мы можем отразить вылазку, Андзин Миура, — сказал Хидетада.
— Готовьте армию к этому, мой господин.
И в самом деле, все полки Токугавы подтянулись, занимая боевые порядки по обе стороны батареи.
— Мы готовы, Андзин Миура. Однако я сомневаюсь, что несколько пушечных залпов заставят их рискнуть ещё раз.
— Будем надеяться, мой господин сёгун. А теперь, ребята, — сказал он канонирам, — вы должны продвинуть пушки вперёд и поставить их передними колёсами на насыпь. Только передними колёсами, учтите. Задние должны остаться на земле, их нужно закрепить попрочнее.
Канониры обменялись взглядами; но людей было достаточно для этой работы, хотя и неимоверно тяжёлой. Хидетада потеребил кончик носа.
— Я, кажется, начинаю понимать твой замысел, Андзин Миура. Вот уж, действительно, ты просто гений.
— Всего-навсего знания, мой господин. С незапамятных времён разрушение неприступных стен представляло проблему для осаждающих. Но в Европе ещё до изобретения пороха поняли, что для защитников крепости не менее ужасно, когда ядра попадают в гущу их рядов сверху, потому что в этом случае невозможно предугадать, куда они упадут. У нас даже есть особые пушки с короткими стволами, но способные выдерживать большой заряд пороха. Они созданы специально для этой цели.
— В таком случае наши оружейники под твоим руководством, Андзин Миура, должны заняться изготовлением для нас таких орудий.
— Конечно, если вы собираетесь осаждать много крепостей, мой господин сёгун. Но сейчас достаточно будет и этих кулеврин — если, конечно, нам удастся получить подходящий угол возвышения.
Он подошёл к орудиям, прикинул дистанцию и направление и приказал заряжать. Он собственноручно поднёс фитиль к запалу первой пушки, бросив ещё раз взгляд в сторону крепости. Казалось, стихли вдруг все звуки, будто обе армии затаили дыхание. Он ткнул фитилём в отверстие. Кулеврина рявкнула и, откатившись назад, опрокинулась набок. Уилл еле успел отскочить… Ядро по высокой дуге пронеслось по утреннему небу и исчезло среди гарнизонных строений, по случайности снеся заодно один из развевавшихся флагов. Армия Токугавы издала торжествующий рёв, загудели сигнальные рожки, а из крепости послышался сначала вопль ужаса, тотчас сменившийся воинственными криками вызова.
— Конечно, — задыхаясь, вымолвил Уилл, — сооруди мы осадные орудия специально для этой кампании, не было бы риска, что эти наши пушки выйдут из строя. А теперь поторопитесь, парни, поставьте-ка её на колёса.
Он шагнул ко второму орудию. Это тоже откатилось назад, но устояло. И снова ядро обрушилось на защитников крепости.
— Предупреди командиров отрядов, чтобы они были наготове, — велел Хидетада своему брату. — Если они решатся на вылазку, то это случится скоро.
Есинобу кивнул и ускакал к группе военачальников, собравшихся в стороне.
Но защитники никак не отреагировали даже после того, как все четыре орудия выстрелили и были перезаряжены.
— И что теперь, Андзин Миура? — поинтересовался Хидетата.
— Как что? Мы продолжим обстрел, мой господин сёгун. Я немного уменьшу заряд, чтобы ядра падали ближе и поражали вражеские войска — они, как я полагаю, столпились сейчас за воротами.
— Твой план замечателен, Андзин Миура. Конечно, если бы ядро взрывалось, падая на землю, то мы скоро вынудили бы Тоётоми перейти к активным действиям. Но, боюсь, эти падающие ядра — хотя они и довольно неприятная штука, — вскоре перестанут нагонять страх. Мы должны использовать их получше.
— Охотно, мой господин сёгун, знай я более эффективный способ.
— Ты чересчур скромен, Андзин Миура. Я предлагаю, чтобы ты увеличил заряды; тогда ядра минуют внутренние укрепления и достигнут самого замка. Будь уверен, именно оттуда Асаи Ёдогими наблюдает за полем боя. — Он взглянул на Уилла. — Не нужно притворяться, Андзин Миура. Я знаю о твоей жизни не меньше тебя самого. Принцессе пока удавалось держаться на расстоянии от превратностей войны. Но если мы обрушим ядра на эти башни…
— Мой господин, стрелять по женщинам…
— По женщинам? По величайшей шлюхе и её менее значительным шлюхам? Во всяком случае, Андзин Миура, мы не собираемся стрелять по ним в том смысле, как если бы они стояли перед жерлами наших пушек. Мы только припугнём их немного.
— Но увеличить заряды, мой господин, — это риск и для самих орудий.
— В лагере есть ещё дюжина. Я приказываю тебе направить огонь на башню, Андзин Миура.
Уилл заколебался. Но сёгун был номинальным главнокомандующим армией.
— Слушаюсь, мой господин сёгун. — Он подошёл к первому орудию, прикинул взглядом направление. — Нам нужно будет повернуть пушки немного левее.
— Ну, так поворачивай поскорей, — бросил Хидетада.
