— Несмотря на все твои протесты, Уилл Адамс, у тебя очень много общего с португальцами. Они тоже называют грехом соединение двух мужчин. Но для них грех и в соединении мужчины с женщиной иначе как в узах брака. Странные они люди, и я порой удивляюсь, что эти португальцы существуют вообще — ведь они считают естественное дело природы долгом, а не удовольствием. Но уж от тебя, Уилл Адамс, я такого не ожидал. Я выбрал этих юношей сам. Их долго и тщательно обучали лишь одному ремеслу — доставлять удовольствие.
Уилл почесал в затылке.
— Вы отбирали их, господин Косукэ? Мальчиков?
— А вы предпочли бы девушек? Пусть будет так. Я просто хотел, чтобы вы отвлеклись немного от своих воспоминаний о пребывании в том аду.
— И вы решили, что мальчики доставят нам большее удовольствие?
— По-другому и быть не может, Уилл Адамс. Да, на красивую девушку приятно посмотреть, но эти создания крайне непостоянны — если мужчина им не нравится, они будут скорее мучить, чем доставлять удовольствие, и даже хорошие колотушки вряд ли изменят их поведение. Но прекрасный мальчик… Но ведь они красивы, не так ли?
— Да, действительно, — согласился Уилл. — Самые красивые, каких я когда-либо встречал.
— Можешь мне поверить — их руки нежней, чем у любой девушки, и единственным их желанием будет доставить вам удовольствие, и больше того — получить от этого удовольствие самим. Они непревзойденны в искусстве любви, и это будет им совсем нетрудно.
— Не сомневаюсь, — согласился Уилл. — А вы думаете, что это не подобает мужчине — любить другого мужчину?
Сукэ нахмурился в неподдельном изумлении.
— Не подобает, Уилл Адамс? Мужество доказывают с мечом в руке. Приобрести его как-либо иначе невозможно, и потерять тоже. В сущности, для мужчины значительно достойнее соединяться с другим мужчиной, когда оба они осознают свои настоящие обязанности друг перед другом. Женщина же слишком легко может пожертвовать честью ради комфорта и выживания. Хорошо, если эти мальчики не нравятся вам, я отошлю их. Но вы должны побыстрее позавтракать — господин Иеясу хочет ещё раз побеседовать с тобой. И на этот раз, Уилл Адамс, будь осторожен, заклинаю тебя. По крайней мере часть твоих недавних неприятностей вызвана твоей вызывающей дерзостью.
— Моей дерзостью? — Уилл был ошеломлён. — По отношению к принцу? Побойтесь Бога. Я же выполнил коутоу. Что же ещё мне нужно было сделать, господин Косукэ?
— Всё дело в твоих манерах, в речи, да просто в выражении глаз. Ни один японец не осмелится выдержать взгляд принца. Подумай об этом, я прошу тебя. Это для твоей же пользы.
Токугава улыбался ему.
— Мой господин говорит, что японская одежда идёт тебе значительно больше, Уилл Адамс, — перевёл Сукэ. Слишком дерзок. Но когда к нему обращаются, он привык смотреть в глаза своему собеседнику — будь то принц или любой другой.
— Скажите господину Иеясу, что я польщён его словами.
— Мой господин хочет узнать историю твоей страны. Ход ваших войн, Уилл Адамс.
Уилл постарался вспомнить всё, что знал об истории Англии, начав с нашествия норманнов, коснулся Столетней войны с Францией, затем перешёл к соперничеству Англии с Испанией. Как и прежде, Иеясу слушал перевод Сукэ с серьёзным, задумчивым лицом. Но в прошлый раз за этим выражением, очевидно, скрывалось недоверие.
— Мой господин говорит, что во многих отношениях история твоей страны сходна с историей Японии, — сказал Сукэ. — За исключением того, что Японию ни разу не смогли завоевать внешние захватчики. Монголы попытались высадиться здесь много лет назад, но потерпели поражение, а жестокий шторм уничтожил их флот — так же, как произошло в вашей войне с Испанией. А всего лишь восемь лет назад могущественный Хидеёси отправился на завоевание Китая — так же, как ваш король Эдуард пытался навязать свою волю Франции.
— И потерпел подобное же поражение? — спросил Уилл.
— Ни в коей мере. Корея была завоёвана без особых трудностей, несмотря на поддержку её Китаем. И Китай бы пал точно так же, хотя китайцы предупреждали нас, что посылать наши армии в Китай — то же самое, что пытаться вычерпать океан ложкой.
— Так война закончилась? — уточнил Уилл.
— Увы, Уилл Адамс, господин Хидеёси умер полтора года назад, и с тех пор страну раздирают противоречия между наместниками. В результате армию пришлось вернуть обратно. Наши генералы ожидают применения своим способностям и отваге. Мой господин Иеясу спрашивает, возможно ли использовать восемнадцать орудий вашего корабля в сухопутных сражениях.
— Скажите господину принцу, что это вполне осуществимо при условии, что найдутся какие-либо средства их перевозки.
Иеясу кивнул, на этот раз ещё более задумчиво.
— А можешь ли ты, Уилл Адамс, стрелять из этих орудий?
Уилл заколебался. Но он изучал пушечное дело, да и не было никаких сомнений относительно ответа, которого ожидал от него Иеясу.
— Да, господин Иеясу.
Принц кивнул.
