В графство Русильон, в гости к доблестному Са Гардиа, отправились Арман, Анри, отец Пьер, Ламбер де Туази и Гийом де Шанбонне. Остальные бежавшие из–под стражи и пребывавшие в лесном лагере сразу отправились в Португалию во главе с Бертраном де Сартижем и Гуго фон Зальмом.
Папа уже распустил Орден Храма, а крепость Ма Дье так и осталась во владении бывших тамплиеров, которые отнюдь не считали себя бывшими. Когда Рамон и Арман принесли дрова, братья уже ждали их за накрытым столом, все как один — в новеньких белых плащах с красными крестами, даже сержанты, которых до единого посвятили в рыцари.
— Что же тут творится, господа? — скривился де Ливрон. — Мыслимое ли дело, так нагло пренебрегать папской буллой, запретившей ношение тамплиерских одежд.
— Да плевать нам на его буллу, — спокойно сказал Са Гардиа. — Папа не знает, что такое тамплиерские плащи. Ты тоже изволь облачиться, Арман.
Улыбающийся Анри, сам уже облачившийся в белый плащ, поднёс такой же своему командору.
— Нет! — неожиданно резко и решительно сказал Арман. — Я запятнал свой белый плащ и не имею права его носить. Говорю это перед всеми братьями и вполне ответственно.
— Ну что ж, — вздохнул Са Гардиа. — Тогда сейчас я прикажу связать тебе руки, потом оденем на тебя белый плащ, потом ещё поверх плаща свяжем тебя, чтобы ты его не стряхнул. Я тоже говорю вполне ответственно.
— С удовольствием выполню приказ господина Са Гардиа, — серьёзно сказал Анри.
Арман сморщился, как от боли, потом преодолел себя и тихо спросил:
— Вы принимаете меня в Орден Храма?
— Да, — Рамон опять вздохнул, теперь уже с облегчением.
— Я остаюсь в Ма Дье, Анри — сказал де Ливрон. — Ты отправишься в Португалию, а потом дальше, на край света.
— А секретная служба?
— Отныне ты — командор секретной службы Ордена Храма. За неделю в Ма Дье я передам тебе все дела.
— Вчера, мессир, вы одели белый плащ. Значит, вы по–прежнему считаете себя тамплиером?
— Да.
— Значит теперь вы — рядовой рыцарь?
— Да.
— А я — командор секретной службы?
— Да.
— Итак, брат Арман, извольте выслушать приказ командора. Властью данной мне преемником Ронселена де Фо повелеваю. Первое. Вы поступаете в распоряжение командора секретной службы. Второе. На вас возлагается ответственная миссия — привести тамплиеров в Царство Пресвитора Иоанна.
И сказал Соломон: «Простёрла Эфиопия длани
свои к Богу, и примет Он её в лоно Своё, и все
цари земные да будут славить Господа».
И люди Эфиопии были любимы Богом, потому
что Спаситель мира был любим ими.
Лалибела — нищая африканская деревня. Даже если судить по очень скромным эфиопским меркам, и то приходится признать, что местное население живёт в ужасной нищете. Круглые дома, сложенные из плохо пригнанных друг к другу камней, можно было увидеть здесь и тысячу лет назад, ещё до того, как великий царь Лалибела построил здесь небывалые храмы. Эти храмы ничего не изменили в жизни аборигенов. Величественные дома молитвы и убогие хижины нищих всегда существовали в разных измерениях.
Впрочем, благодаря храмам, в Лалибеле есть отель, дающий работу дюжине местных жителей. Отель носит гордое название «Царица Савская», хотя это заурядный провинциальный клоповник и присвоить ему «три звезды» можно было разве что из сострадания. Гости не так уж часто появляются в Лалибеле, так что в лучшем отеле нет решительно никакой необходимости.
Хотя надо сказать, что гости, пусть и редкие в «Царице Савской», бывают порою весьма солидны и в высшей степени респектабельны. Учёные с мировыми именами, прославленные писатели, журналисты ведущих мировых изданий — таким персонажам здесь нисколько не удивляются, им радуются, потому что они привезли деньги. Так же ни сколько не удивил, но весьма порадовал местных респектабельный джентльмен, появившийся здесь в октябре 1998 года.
На вид ему было где–то за 50. Крупный, крепкий, немного полноватый, державшийся очень уверенно, а пожалуй даже и самоуверенно, этот джентльмен неизменно сохранял на своём лице выражение надменное и несколько брезгливое. Он был одет неброско и просто, но его одежда, по всему понятно, очень крепкая и дорогая, выдавала бывалого путешественника. В таких куртках путешествуют по Африке миллиардеры, однако джентльмен разрушал этот образ тем, что сам сидел на рулём внедорожника, небрежно подкатившего к «Царице Савской».
Сняв одноместный люкс, он дал портье достойные чаевые, однако, на все вопросы и предложения последнего отвечал неизменным «ноу».
— Мистер ноу? — улыбнулся портье.
— Йес, — без тени улыбки констатировал джентльмен.
