Именно об этом персонаже писал Адам Мицкевич в поэме «Пан Тадэвуш». Возный Протас, обязанностью которого было доставлять судебные извещения, рассказывает о своей встрече с ним:
В этом отрывке Михал Володкович предстает именно таким, каким его запомнили современники. Авантюрист и забияка, дуэлянт, любитель вина и дам, храбрый воин и патриот. Типичный герой эпохи романтизма. Наверное, как организатора шумных и жестоких забав его и любил магнат и дальний родственник Кароль Радзивилл по прозвищу Пане Коханку. А еще как бесстрашного и безжалостного бойца, которого можно было натравить на любого личного врага.
О Михале Володковиче писали многие. Наш литературовед Адам Мальдис, польский писатель белорусского происхождения Крашевский, мемуаристы Ходька, Матушевич, приближенный Володковича Белевич… Он стал героем народных баллад, как и другие колоритные личности вроде могилевского разбойника Машеки. Володкович с братом не стеснялись отобрать надел у бедной шляхты, ударить безоружного… Все это вполне в духе того времени. Мемуаристы, которые зависели от могущественного Радзивилла, Володковича всячески обеляют, показывают невинным шутником… Адам Мальдис пишет о братьях Володковичах: «Безумоўна, гэта былi людзi неардынарныя, вынаходлiвыя, энергiчныя. Але iх энергiя iшла яўна не ў той бок. Яны сталi ахвярай той жа самай „шляхецкай вольнасцi“, якая iх нарадзiла, якой яны верай i праўдай служылi».
Еще в юности Володковичу были не чужды буйные пиры. И, выпив, он каждый раз пытался вызвать на поединок дьявола или хотя бы упыря. Дело в том, что покровитель Володковича, Пане Коханку, слыл этаким белорусским Мюнхгаузеном и обожал рассказывать истории о своих победах над монстрами и демонами. Володкович не мог смириться с тем, что он — вояка хуже, и, напившись, носился ночами с обнаженной саблей по кладбищам, высматривая хоть какогонибудь монстрика.
Демоны не отзывались… Но есть вещи, шутить с которыми нельзя. Возможно, дальнейшая земная (и неземная) судьба Михала этому подтверждение.
А между тем неуправляемый Михал Володкович какоето время управлял Минском! Было на это его собственное волеизъявление… Но Минск обладал Магдебургским правом, то есть самоуправлением. Володковича не хотели допускать к власти. По легенде он пожаловался другу Радзивиллу, тот привел в ратушу солдат…
То, что Володкович получил власть, стал «трибунальским подскарбником», повлияло на его характер в лучшую сторону только на некоторое время. Вскоре лихие дебоши продолжились… И однажды Михал, зайдя в костел (нынешний кафедральный собор в Минске), услышал, как ксендз Облочинский изобличает его недостойное поведение. Володкович поклялся отомстить.
И во время следующей церковной службы прихожане услышали, что со стороны площади доносится невероятный шум: «Нешта звiнела, бубнела, мэкала, трубiла, пiшчэла, смяялася самымi незвычайнымi галасамi». Стараниями Володковича на площади оказались дрессированные медведи из Сморгонской «медвежьей академии», обезьяны и наряженные цыгане. Посреди площади стоял воз, на возе — бочка с вином. На бочке сидел Михал Володкович, который приглашал всех желающих отведать халявного алкоголя. Как вы думаете, кто после этого остался на службе в костеле?..
Впрочем, далеко не все поступки Володковича были столь невинны… Например, при неудачной встрече с ним можно было получить на месте «приветствие» в сто одну плеть — обычная Володковичева порция, выдаваемая его верными гайдуками. Не щадил буян даже шляхту… А ведь вспомните пьесу ДунинаМарцинкевича «Пiнская шляхта»: там обладающие гербами «лапцюжныя шляхцюкi» готовы были последнее отдать, дабы избежать позора плетей или хоть чтобы били не на голой земле, а подложив ковер…
